Мы вошли в просторную аудиторию, увешанную гербами всех магических академий империи. В центре помещения уже собирались участники турнира, а вокруг них рассаживались зрители — преподаватели, студенты, журналисты, высокопоставленные гости. Над нашими головами висело огромное магическое табло с мерцающими ячейками — там вот-вот должны были появиться имена участников и схемы их поединков.
— Волконский! — раздался знакомый голос. — А я-то думал, ты не явишься.
Я обернулся. Передо мной стоял Антон Серебров, пятикурсник, которого считали главным фаворитом турнира. Высокий, атлетичный, с холодными серыми глазами. За его спиной маячили два его неизменных спутника — близнецы Ольховские.
— И пропустить шанс надрать тебе задницу? — я улыбнулся. — Никогда.
В глазах Сереброва мелькнула злость, но он быстро взял себя в руки.
— Самоуверенность первокурсника, — он покачал головой с деланным сожалением. — Но ничего, скоро ты поймёшь, где твоё место.
Я собирался ответить, но в этот момент на кафедру поднялся директор. Он поднял руку, призывая к тишине.
— Дамы и господа, — его голос разнёсся по всему залу. — Рад приветствовать вас на Турнире высших сфер. Перед вами — лучшие молодые маги нашей великой империи. Сегодня мы узнаем, кто с кем встретится на арене чести.
Он сделал изящный жест рукой, и огромное табло над нашими головами вспыхнуло, наполняясь именами и линиями.
— Да начнётся жеребьёвка! — торжественно провозгласил директор, и зал взорвался аплодисментами.
Я поднял глаза, ища своё имя среди множества других на магической проекции. В центре аудитории медленно вращалась огромная переливающаяся сфера, испещрённая светящимися линиями. Идеально круглая, полупрозрачная, похожая на гигантскую жемчужину, наполненную мерцающим туманом. По мере вращения из этого тумана проступали закорючки, превращающиеся в имена участников, а между ними протягивались тонкие нити, обозначающие пары соперников.
И когда я наконец нашёл своё имя в левой части турнирной сетки, не смог сдержать кривой усмешки. Напротив фамилии «Волконский» светилось имя, написанное витиеватым шрифтом: «Гвинера Радомирская, Брянское княжество».
Странно, но как только сфера полностью сформировала пары, я заметил необычную реакцию окружающих. Несколько участников обернулись в мою сторону с выражениями, колеблющимися между сочувствием и плохо скрываемым злорадством. Серебров, стоявший по другую сторону от сферы, поймал мой взгляд и беззвучно, одними губами произнёс: «Тебе конец». Правда там было немного другое слово, но смысл тот-же.
Даже обычно невозмутимые профессора, казалось, были обеспокоены. Полозов и Северов переглянулись, нахмурились и одновременно посмотрели в мою сторону с выражением, будто увидели смертельно больного.
— Да что не так-то? — пробормотал я, доставая телефон и фотографируя вращающуюся сферу с турнирной сеткой.
Я протиснулся сквозь толпу к Косте, который стоял немного позади от основной массы участников:
— Может, ты мне объяснишь? Чего они все так реагируют?
Костя почесал затылок и виновато вздохнул.
— Я тебе сочувствую, братан. Это Гвинера. Очень сильный маг земли, сильнейший потенциал на своём курсе. Четвёртый курс Брянской академии магических искусств. — Он сделал паузу, словно подбирая слова. — Тебе не повезло, у всех других попались одногодки. Серебров, например, будет драться с третьекурсником из Киевской академии.
— Ну посмотрим, — улыбнулся я, небрежно пожимая плечами. — Чтобы ей стать моей одногодкой, пусть проживёт несколько сотен лет, хех…
Внезапно я почувствовал лёгкое прикосновение к плечу. Обернувшись, увидел Катю, которая смотрела на меня с весёлым огоньком в глазах.
— Да, братишка, тебе действительно не повезло, — она хихикнула. — Хотя она та ещё красотка. Если уж помирать, то хотя бы от её каменных объятий…
— О да, — мечтательно протянул Костя, явно представляя эти «объятия». — Зажатым меж мощных бёдер…
Я стукнул его по плечу, возвращая в реальность.
— Хватит нести чушь, — я бросил ещё один взгляд на сферу. — Лучше расскажи подробнее, чего от неё ждать.
— Она специализируется на трансформации земли, — Катя стала серьёзной. — Видела, как она на прошлогоднем турнире создала целую стаю каменных химер, а потом управляла ими как марионетками. Тот парень, её противник, две недели в госпитале лежал со сломанными ребрами.
— А еще говорят, что она может менять свойства почвы, — добавил Костя. — Превращать камни в зыбучие пески, а песок в острые шипы. В общем, адская комбинация. Так же она может делать из своего тела голема.
Катя кивнула и похлопала меня по плечу.
— Послушай совета старшей сестры, Димка. Будь хитрее, запасись каким-нибудь артефактом. Может, амулетом воздуха или щитовым кольцом. Что-нибудь, что даст преимущество против стихии земли.
Я покачал головой и достал из внутреннего кармана сложенный лист — официальные правила турнира.
