Из золота он ни перстней, ни чего-то другого никогда не делал – здесь не Новгород, богатых бояр не водится. Может, и ничего сложного, но страшно было взяться. Испортишь – другого златника бог не пошлет. Подумывал было посоветоваться с Ефремом – тот постарше и поопытнее, но не решился. Придется рассказывать, откуда такое чудо взялось и зачем оно ему. Ефрем расскажет Недельке, та – матери и сестрам, и назавтра вся волость будет знать, что Демка Бесомыга где-то раздобыл кусок золота и мастерит перстень, чтобы свататься к Устинье. Наврут еще с три воза. Демка вовсе не хотел, чтобы Устинья услышала об этом перстне раньше, чем он будет ей поднесен. Да и если дело все же не сладится – в успехе Демка не был так уж уверен, не считая себя хорошей парой для нее, – чтобы меньше позору.
– Железо ковал? – раздался из угла тихий тонкий голосок, и сегодня он звучал озадаченно.
– Ковал, – с любопытством ответил другой.
– А в песок совал?
– Совал.
– А золото ковал?
– Нет, золота не ковал…
При этом дополнении привычной беседы Демка встрепенулся, но заставил себя сидеть спокойно. Голоса зазвучали куда ближе обычного: не из противоположных углов, а как будто их невидимые хозяева стояли прямо у него за плечом.
– Да тут невелика мудрость, – заговорил первый голосок. – Златник расплавить, слиток сделать. В два прута расковать и перевить. Вот и вся работа. Мальчонка справится.
– Спасибо вам, помощнички! – вслух сказал Демка. – Только прошу: при Ефреме не болтайте…
Ковать золото пришлось по ночам, чтобы никто не видел, благо мелкая работа не производила много шума. Помощнички не отходили от Демки: давали советы, он все время ощущал их незримое присутствие у себя за плечами. Когда он стал свивать два прутка, они даже запели. Ни разу в жизни он не слышал от них пения и вздрогнул, когда за плечом два голоска вдруг затянули:
Он бы смутился, но помощнички, допев, разразились уже привычным сдавленным смехом: дескать, шутим.
Колечко вышло ладным: будто и впрямь само в земле выросло. Закончив, Демка хотел было повременить, но побежал в Барсуки сразу же, как только смог на другой день уйти из кузни. Перстень жег ему руки. Поглядывая на него по пути, сомневался: за такую-то безделку он надеется приобрести в жены Устинью? До сих пор он не видел себя рядом с ней – там должен быть царевич какой-то, на него вовсе не похожий. Бова-королевич, как Мавронья рассказывала: во лбу месяц, в затылке ясные звезды. А Устинья, даже в простом переднике и с землей на руках, казалась ему истинной царевной. Ее лицо с узким подбородком и большими серыми глазами в окружении густых черных ресниц стояло перед мысленным взором, не отпускало, и все на свете имело смысл только благодаря ей.
– Ночь рябинная! – Устинья ахнула и свободной рукой схватилась за щеку.
Уходя в тот вечер из дома, Куприян намекал, что будет творить волхование. Это он вызвал грозу с молниями и зарницами! Ту самую, когда надо искать в лесу чудеса. И вот… Демка нашел?
Демка? Не говорливый Сбыня, не красивый светловолосый Радим и не обстоятельный Лупандя…
Это что же получается… Демка и есть тот синеглазый царевич, который ей мерещился выходящим из небесной кузницы?
– Желанныи ма…
Держа в руке перстень с корня, Устинья подняла глаза на Демку. Он стоял, застыв и стиснув зубы, его лицо было скорее угрюмым, чем радостным. Закружилась голова от потрясения. В мыслях не укладывалось – чтобы Демка…
– Так ты… – с усилием выдавил Устинья, – ты пришел… ты ко мне…
Демка глубоко вдохнул. Да тыща бесов с бесенятами! Наткнуться в ночном лесу на мертвеца показалось ему не так страшно, как внятно и вслух сказать Устинье, чего он от нее хочет.
– Ты сказала, что если кто принесет тебе такой перстень – пойдешь за него. Вот перстень… ты как?
Устинья молчала.
– Или пошутила? – с горечью, но и с облегчением добавил Демка.
Если это шутка была – ну, посмеемся. Но перстень-то из-под корня – вот он. И пусть кто-нибудь из парней волости попробует достать другой такой! А мы поглядим…
Устинья из всех сил старалась собраться с мыслями. Да, она так сказала. Но – Демка? Более его своим сватовством ее удивил бы только дед Замора. Или отец Ефросин. Какой же из Демки муж… для нее?
Но ей надобно замуж. Предсказание матери Агнии сделало замужество Устиньи неизбежным – в девках ей жизнь не пересидеть. Совет Миколки был словно из сказки – но она не шутила, когда обещала пойти за доставившего ей перстень. Только не верила, что кто-то доставит. И что же…
Или пошутила?
