Он поймал мой взгляд. На губах заиграла усмешка. Все, Чередник. Попалась. Теперь он внесет тебя в список девок, что стелились у его ног от одного взгляда. Господи, ну и стыдобища.
Чтобы скрыть невольное любование частями тела Его Чародейшества, я торопливо продолжила нахваливать веравинского историка:
— Не каждый автор сможет так красочно излагать содержание текста. Мэтр Эонеску потрясающе владеет пером.
— Эонеску?
Вот черт. На автомате произнесла местное имя как румынскую фамилию. Попадос за попадосом.
— Да, мэтра Эонеска можно назвать выдающимся умельцем своего дела.
Проговорила фамилию невнятно, пусть думает, что я просто мямлила.
— Впервые встречаю леди, увлеченную его творчеством. Вы и верно удивительны, леди Рианна.
Смущенно опустила очи долу.
— Вы так добры, милорд Элган…. я хотела сказать, Ваше Чародейшество. Простите.
— Не извиняйтесь, леди Рианна. Мне приятно слышать свое имя из ваших очаровательных уст.
И снова эта двусмысленность, размытость. Когда Элган говорил комплименты, было невозможно понять, это простая галантность… или его особенное отношение к тебе. Самая опасная разновидность мужского шарма.
— Вы хотели увидеть подарок лорда Леона, моего жениха?
Не помешает бы намекнуть, что я порядочная невеста.
— Нет, миледи. Полагаю, что увижу его за обедом. И он не столь важен мне. Знак вашей принадлежности лорду Леону.
Он пренебрежительно скривился на этих словах. Будто хотел сказать, куда он эту принадлежность имел. Я даже не сомневалась, если бы этот мужчина захотел вдруг разложить меня прямо здесь, прямо в эту минуту — меня или любую другую женщину — никакая принадлежность его бы не остановила. Останавливало другое. У него был некий план. И порушить его ради желания обладать женщиной — никогда и ни за что.
Черт. Опять мои мысли унесло не в те степи. Какая разница, кого разложит или нет Элган. Главное, это буду не я. Чур меня, чур, храни нас пуще всех печалей.
Пока я блуждала в мыслях, Элган продолжал:
— Я пришел по другому поводу. Мне доложили о неприятном инциденте.
Встрепенувшись, я подняла взгляд. Его лицо стало серьезным, без тени сарказма или презрения.
— Сестры действительно напали на вас?
Кивнула. Черный взгляд пронизывал меня, как рентгеном.
— Вы не лжете. Значит, лгали три других леди Вальдер.
— Вы проверили меня магией?!
— Да, леди Рианна. Я в курсе, что к невестам нельзя применять магию без веских оснований. Но это не единственное нарушение правил, что я намерен сейчас позволить себе.
Он шагнул ближе. Прямо вплотную ко мне. Не успела я ахнуть, как Элган протянул руку к моей груди. Еще доля мгновения — и широкая ладонь накрыла обнаженную вырезом кожу.
Обжигающий рой мурашек завихрился там, где наши тела коснулись друг друга. Вспыхнуло и внутри меня, в груди и внизу живота. Не так, как с Леоном. Иначе. Жестче. Всеохватнее. Этому чувству я не могла сопротивляться.
Если волнение от близости Леона вызывало недоумение и желание освободиться… то сейчас хотелось идти дальше. Глубже. Погрузиться в прикосновение Элгана с головой. Утонуть и раствориться в нем.
Разум, который всегда был настороже, сейчас оказался бессилен. Откуда-то издалека он вопил: это непристойно! Опасно! Нельзя позволять этому мужику лапать за грудь! Но вопли здравого смысла доносились меня, словно сквозь толщу воды. Глухо и бессильно.
А тем временем вторая рука мужчины легла мне сзади на шею. И внезапно пугающее, мощное, всепоглощающее возбуждение сменилось волной покоя, облегчения и умиротворения.
Руки Элгана продолжали касаться меня в других местах. А я, как только схлынуло сумасшедшее вожделение, вдруг ощутила, что болезненные следы, оставленные сестрами, уходят без остатка.
Он просто меня лечил! Без всяких похотливых намерений. А я…
Мамочка. Боже, пусть он не слышал моих мыслей во время лечения. Тогда я опозорилась окончательно и бесповоротно. Элган сочтет меня никем иным, как беспутной девкой. Он лечил меня… а я едва не кончила. Стыд и срам!
Пять минут нестерпимого позора — и маг отнял руки от моего пылающего тела.
— Как ваше самочувствие, леди Рианна?
Чего?! Он еще имеет совесть спрашивать! Паскудно мое самочувствие, Ваше Чародейшество. Препаскуднейше. Из-за моральных терзаний, кои вы изволили причинить своим, кхм, лечением. Да лучше бы я синяки потерпела, чем
Вслух промямлила:
— Кажется, мне полегчало… Благодарю, милорд Эл… Ваше Чародейшество!
Усмехнулся.
— Эл? Необычно, но мне нравится. Разрешаю так и называть меня, когда мы наедине. Я рад, что вам полегчало. Завтра на испытании вы должны быть в идеальной форме. Ни малейшего дискомфорта. Ничто не должно отвлекать вас от выступления.
Интересно, он так за всех невест переживает? Хотя сказал же за обедом, что я отныне его фаворитка, и он болеет за меня.
— Благодарю, милорд.
Без имени. Перебьется. Никакой фамильярности. Строжайший официоз. Я не дам ему ни малейшего повода счесть меня развратницей. Я порядочная невеста… хоть замуж за жениха и не собираюсь.
