– Как тебе будет угодно, – кивнул Теодор и повернулся к Сергею. – Правило шестое, вытекающее из второго и пятого: после защиты всегда прерывай атаку противника и атакуй сам. Но ты не сможешь прервать атаку, если твое оружие не угрожает противнику. Когда ты не угрожаешь мне клинком – я бью тебя в ухо.
– И как мне угрожать тебе, если глефой я блокирую твое оружие? – спросил Сергей.
– Когда ты остановил мой меч – отводишь оружие назад, поворачиваешь на четверть оборота так, чтобы поперечное лезвие было параллельно клинку меча, и колешь меня. Остановленный меч не имеет скорости, я не могу им тебя рубануть, потому что раскроюсь при замахе. А ты глефой можешь наносить быстрые уколы, и защищаться придется уже мне. И не забывай: твое оружие всегда перед тобой и всегда мне угрожает. Каждый раз, когда я не буду бояться твоего лезвия, я буду бить тебя в ухо. Или куда получится.
– Действительно, – с сарказмом заметил Морин, – чего бояться незаточенной палки?
– Когда при ударе ты сможешь пырнуть меня – получишь право вернуть мне этот удар, – пообещал Теодор. – Возможно, ты подумал, что мне это нравится – так вот, не нравится. Просто другого способа быстро сделать из тебя мало-мальски подготовленного бойца не существует. Нельзя за две недели научиться тому, чему учатся как минимум месяцы, а то и годы. А тебе ведь не только умения не достает, а еще и силы. Марго говорила, чемпионом регулярно становится очень большой парень?
– Так и есть.
– Вот потому и становится. Он больше, и значит, такая вот железная палка для него весит меньше, чем для тебя. А стать за две недели сильнее его еще невозможней, чем стать искуснее.
Они опять разыграли атаку, и Сергей смог перейти в наступление, но Теодор разорвал дистанцию, стремительно отпрыгнув. Однако уже на второй попытке он слегка изменил направление атаки, и Сергею удалось перехватить меч у Теодора у самой гарды. Теодор же продолжил напирать, и в тот момент, когда Сергей отвел глефу назад для укола, стремительно ударил его крестовиной в живот, да так, что удар почувствовался даже сквозь кожаный нагрудник.
Вот же засранец! Он лежал, кашляя, а Теодор навис над ним и произнес:
– Правило седьмое. Одна и та же контратака работает только один раз.
После тренировки они втроем отправились домой к Сергею.
– Все начнут собираться через полчаса, – сказал он, – успею душ принять. А то мало того, что с меня течет пот градом – еще ведь и в траве вываляли…
– А ты даже не вспотел, – хихикнула Марго.
– С чего бы мне потеть? – удивился Тирр. – Я же не надевал на себя кучу бесполезной экипировки.
Марго отыскала в шкафу несколько книг:
– Вот, почитай. Это книжки по игре «Подземелья и Драконы», для которой, собственно, и придуманы дроу.
Маг повертел книгу в руках и заметил:
– Она не очень старая на вид.
– Так и есть. Вообще, первое упоминание дроу в книге об этой игре произошло чуть более тридцати лет назад.
– А кто ее написал?
– Гэри Гайгэкс.
– Выходит, он и придумал, хе-хе, нас?
Марго кивнула:
– Да, так и получается.
– А я могу с ним встретиться? Мне интересно спросить у него, как это случилось.
– Боюсь, что нет, Тирр. Видишь ли, он умер несколько лет назад.
– Жаль. Столько вопросов останется без ответа.
Девушка ушла на кухню, чтобы приготовить бутерброды для игроков, а Тирр раскрыл первую книгу из стопки и принялся штудировать. Глубоко в душе он все же ученый: Харримандир привил ему любовь к знаниям. И если дома Тирр просто не мог разбазаривать время на не имеющие практической ценности изыскания, то теперь, когда учителя нет и учиться не у кого, у него времени полно. Возможно, он найдет подсказки в этих книгах.
Гости начали собираться примерно через четверть часа. Вначале пришли вместе Лиля и Илья, затем совершенно незнакомый парень по имени Стас.
– Настена запаздывает и Кирилла нету, – заметил Илья.
– Кирилл не придет, у него проблемы на работе, – сказал Сергей.
Тирр уловил некоторую напряженность в его голосе, но истолковать не смог.
Игроки расселись вокруг стола, вооружившись карандашами и загадочными перьями, пишущими чернилами без макания в чернила, тетрадками, листами бумаги, а также игральными костями самых разнообразных форм, от пирамидальной четырехгранной вплоть до почти круглой стогранной. У каждого нашлась книга, а то и две, Стас принес с собой их аж четыре.
– Теодор, ты новичок? – поинтересовался Стас.
– Сильно сказано, я вообще не представляю себе, как вы играть будете. Так что я всего лишь интересующийся зритель.
