Леший хмыкнул и повертел в руках кольцо. Он, по сути, уже может считать себя богатым, потому что красный камень размером с половину грецкого ореха, оправленный в серебро, почти наверняка натуральный рубин, а не искусственный. Безделушка, судя по виду, старинная, и чикса откровенно сглупила, надев на палец целое состояние: такую вещь могут и с пальцем отнять. Как он и думал, кольцо действительно подарок «прокейна». Чувак, приехавший из забытого богом еще пятьсот лет назад монастыря, вполне может иметь старинные побрякушки.
А с девчонкой, видимо, будут проблемы. Если по уму, то ее надо бы грохнуть, но могут быть последствия. И если на мнение Ледокола при наличии надежной крыши можно и болт забить, то вот ссориться с Князем Егор совсем не хотел. Вначале по-любому надо выяснить, какое отношение она имеет к Князю, к тому же, если «прокейн» и правда принесет на обмен «снежок», значит, она для него что-то да значит. Надо заставить сукина сына рассказать, как он делает то, что делает, и помозговать, какие преимущества это даст.
Леший подбросил в руке кольцо и выглянул в окно. Вечереет, а звонка от Слоняры все нет. Будет очень досадно, если превосходный план даст сбой. А ведь, казалось бы, он прост и надежен. Послать двух быков, одного – принять «снежок», второго – незаметно заснять на камеру факт передачи «прокейном» чемоданчика, затем отдать Ибрагиму и чемоданчик, и пленку. Мол, товар угнанный мы нашли, виновник вот он, на пленке, наше дело сделано, дальше пусть картель сам наказывает своего обидчика, дело сугубо личное. И если в процессе наказания кто-то скончается от сердечного приступа – это будут уже не его, Егора, проблемы. Лишь бы сам Ибрагим жив остался.
План нравился Лешему в первую очередь тем, что он не встретится с ловкачом из монастыря лично. На встречу послал быков, разбираться с ним за смерти дилеров тоже не он будет. Сам «прокейн», если не гонит, в убийстве людей картеля не виновен, но пусть это Ибрагиму доказывает. Базар, скорее всего, будет гнилым.
Он отошел от окна, бросив взгляд в соседнюю комнату, где сидела привязанная к стулу девчонка. Тихо как-то себя ведет, что на богатых не очень и похоже. Не грозится папиными связями и полицией. Видно, мешок на голове не помешал ей догадаться, что находится она в заброшенном складском помещении за городом, где ей точно никто не поможет и даже не услышит.
Вскоре солнце опустилось за горизонт, темнело все сильнее. Егор снова подошел к окну, смотрящему в сторону города, так как только из этого места в здании мобильный видел сеть, и набрал Слоняру.
– Ну что там? Не появился?
– Нет. Что делать дальше?
– Жди пока. Я не удивлюсь, если тупица заблудился и так и не нашел тебя.
Учитывая, что девчонка подтвердила и то, что ее хахаль попросту не знает многих слов, и то, что он совершенно не ориентируется в городе, такой вариант все еще возможен. Хотя более вероятен другой.
– Что-то он не спешит тебя спасать, – заметил Леший, входя в комнату с пленницей.
Двое амбалов самозабвенно режутся в преферанс, играя каждый в две руки, пожалуй, это единственное развлечение из интеллектуальных, на которое способны их мозги. Развлечение попроще – с пленницей – они бы предпочли картам с радостью, но Одинцов это дело запретил строго. Там еще неизвестно, как дело повернется, и девчонка ему нужна живая и невредимая. Пока, по крайней мере.
– Может, он и не собирается, а? Как ты сама-то думаешь, что ему дороже – ты или чемодан с наркотой? – задал он риторический вопрос.
Заложница ничего не ответила, но ее лицо отразило усилившееся уныние. Возможно, она знает своего знакомого получше и понимает, что тот просто не станет ее спасать, а ударится в бега с товаром.
– Короче, так, братва, – повернулся Леший к подручным, – я еду в город, а вы остаетесь тут. Жратва у вас есть – считайте, что выходной сегодня.
– В жопу выходной без бухла, – скривился Веретено.
– Что поделать, – пожал плечами Одинцов, – ждите моего звонка, короче.
Инструктировать их он не стал: троих охранников на это дело он подобрал тертых. Им не впервой.
Спустившись из конторского этажа на первый, ныне пустующий складской этаж, Леший направился к выходу. Видимо, придется набраться терпения, да побольше. А тем временем посетит знакомого ювелира и узнает, сколько же килобаксов счастья ему привалило в виде крупного рубина.
Дверь наружу была чуть приоткрыта, и через нее Леший, несмотря на сгущающуюся темноту, заметил край какого-то предмета. Мгновением позже он понял, что видит кроссовку лежащего снаружи Носатого.
– У нас проблемы, братва! – крикнул Леший, доставая из кармана пистолет и взводя курок. – Носатого убили! Тащите девчонку вниз!
Прижимаясь к стене, он приблизился к двери так, чтобы видеть труп Носатого. Одежда мертвеца в крови, длинная рана начинается от левой ключицы и заканчивается у правого бедра. Егор никогда не видел ран от шашек или сабель, но догадался, что выглядит это примерно вот так. На лице Носатого застыло выражение муки, рот открыт в немом крике. Как так вышло, что никто ничего не услышал?!
