Стэндиш щелкнул пальцами, и Бак принялся с нечеловеческой быстротой барабанить по клавишам. Это длилось долго, лицо у него все больше вытягивалось, компьютер жалобно мяукнул, потянуло горелым, и Бак с ужасом воскликнул:
– Дик, у меня ничего на них нет! Абсолютно не проверенные!
– Мистер Джордан, немедленно попросите Президента покинуть помещение! – Быстро сказал Стэндиш. – Не стоит рисковать – четверо непроверенных… Энди, Мак, обыскать этих типов!
Я открыл сетчатую дверцу, и Президент тут же вылез – он любил знакомиться с новыми людьми. Охранники привычно сомкнулись вокруг него, косясь на окружающих. Энди и Мак, квадратные здоровяки в темных очках, нырнули в вольер, и там немедленно начался бедлам. Дак не выносит щекотки, Флип терпеть не может таких вот наглых визитеров, Лола, хотя и поколачивает супруга, считает своим долгом защищать его от посторонних, а Хоб обожает суматоху и возню. Суматохи хватало. Энди с Маком пришлось нелегко – по клетке летала банановая кожура, обрывки галстуков и обломки темных очков. Стэндишу пришлось бросить на помощь еще троих детективов и полдюжины полицейских, тогда только после недолгого и шумного сражения четверо непроверенных были загнаны в угол, скручены и обысканы. Ровным счетом ничего компрометирующего при них не нашли, но на всякий случай конфисковали бамбуковую палку. Как любезно объяснил мне Стэндиш, когда-то очень давно путешествующего по Японии наследника русского престола огрели по голове именно бамбуковой палкой, а секретная служба, да будет мне известно, тщательно исследует и анализирует все имевшие место когда-либо покушения на высокопоставленных особ, начиная от Древнего Шумера и до наших дней.
– Послушайте, Стэндиш, – сказал я. – Вам это не кажется странным? Нисколечко?
– Что именно, мистер Джордан?
– То, что Президент, как бы это выразиться… не вполне соответствует нашему представлению о…
– Вы считаете, что я недобросовестно выполняю свои служебные обязанности?
– Упаси бог, вовсе нет. Просто… Вам не кажется странным, что это – Президент?
– Мне платят деньги не за рассуждения, мистер Джордан. На моем посту я не обязан думать, вернее, должен думать только о том, как охранять Президента. А в том, что это – Президент, нет никаких сомнений. Он избран волеизъявлением народа, в результате демократических выборов. Ни один закон не нарушен, и Джозеф Смит официально является Президентом страны.
А ведь он прав, подумал я, с точки зрения юриспруденции он абсолютно прав. У нас есть масса курьезных, но до сих пор так и не отмененных законов, запрещающих солить огурцы в деловой части города, продавать змей на улицах, стрелять зайцев из окон трамваев, купать двух младенцев в одной ванночке и колотить жену палкой толще установленного диаметра [2]. Всех этих законов не могут знать даже самые опытные юристы, однако я уверен, что даже при нашем сонме законов никому не пришло в голову издать закон, запрещающий избирать Президентом шимпанзе. Конечно, автоматически подразумевается, что президентом будет человек, но «автоматически подразумевается» – не аргумент для юристов, признающих лишь написанное на бумаге.
Так что закон не закрывает обезьянам дорогу к президентскому креслу. Джозеф Смит не менее законный президент, нежели сорок один его предшественник. Стэндиш абсолютно прав, и все наши возражения носят сугубо эмоциональный характер, а в судейском зале нет места эмоциям, там царит математическая строгость формулировок. Конечно, Калигула был самодуром и деспотом, но вряд ли в римском праве имелась статья, запрещавшая возводить коней в звание сенатора…
К нам подошел Президент, уже одетый в лучший костюм от братьев Крукс, белоснежную сорочку с галстуком-бабочкой и лакированные штиблеты. Отбросив все сомнения, я взял его под руку, и мы осторожно двинулись навстречу ворвавшейся в ворота толпе репортеров…
К сожалению, часть записок, рассказывающая об инаугурации, находилась в ужасном состоянии, и, несмотря на все усилия, восстановить ее не удалось. Поддалось расшифровке лишь упоминание о скоплении почетных гостей, артиллерийском салюте и прекрасной погоде. Инцидент с роскошной шляпкой жены гаитянского посла остается неразгаданным – кто именно содрал с супруги дипломата шляпку и взобрался с ней на вершину флагштока, где просидел полчаса, так и осталось неизвестным. Это мог быть и Президент, но ничего определенного сказать нельзя…
