Нельсон полностью

Капитан Жозеф Касабьянка, корсиканец по происхождению, приказал сыну стоять на палубе в определенном месте, чтобы он мог найти его. Капитан получил ранение в голову, и его унесли вниз. Когда «Ориент» начал гореть, Джакомо стали убеждать покинуть корабль. Мальчик наотрез отказался и сказал, что уйдет с «Ориента» только вместе с отцом.

Погибли и отец, и сын. А «Касабьянка» Фелиции Хеманс стала необыкновенно популярной. Пример героизма и способности к самопожертвованию… Повторю, французы сражались храбро, Нельсон это отметил особо. Такое было время, отдать должное противнику в порядке вещей.

…Сражение продолжалось еще долго, но к утру уже распалось на отдельные эпизоды. План Нельсона сработал. Французов разбивали по частям, и всякий раз в какой-то момент один корабль Брюе атаковали два, а то и три, Нельсона. Это не взаимовыручка (хотя и без нее не обошлось), это и есть мастерство. При меняющихся обстоятельствах, в хаосе, под непрерывным огнем «братья по оружию» знали свой маневр и исполняли его.

Офицер Джон Никол с «Голиафа» вспоминал: «Когда стрельба прекратилась, я вышел на палубу посмотреть, как выглядят флоты.

Ужасная картина! Вся бухта была покрыта мертвыми телами, искалеченными, раненными, сожженными… На многих – никакой одежды, кроме штанов».

Действительно, ужасно. Цена победы, что тут скажешь. А победу Нельсон одержал грандиозную. Он не потерял ни одного корабля. Тяжелые повреждения – да, но – ни одного. Французы лишились двух фрегатов и двух линейных кораблей. Девять – захвачены. Лишь два корабля из арьергарда, которым командовал Вильнёв, сумели вырваться и уйти в море. Пускай, господство Англии в Средиземном море все равно уже обеспечено.

Последнее слово, как обычно, критикам. Удивительно, да? Критики всегда находятся. Вот спор с более чем двухсотлетней историей. Нельсон или капитан Фоли придумал обойти французский флот и атаковать его со стороны берега? Еще тема для дискуссий – а так ли уж уникален был маневр Нельсона?

Я никогда не боялся обвинений в необъективности. Когда пишешь о таких людях, как Наполеон, Веллингтон или Нельсон, сохранить объективность невозможно. Всегда найдутся недовольные, всегда кто-то скажет – а как же? Признаюсь честно, из всех, о ком я писал, меньше всего мне хочется критиковать Нельсона. У которого при этом хватает слабостей.

Но есть и важное достоинство. Он очень искренний человек. Что для меня, по крайней мере, искупает многие недостатки. Даже если где-то он и присвоил «чужую славу», я ему прощу. Потому что обычно он так не делал. Потому что я верю в «прикосновение Нельсона». А потому не считаю столь уж важным выяснение, кто же все-таки – он или Фоли?

Если я посчитаю необходимым покритиковать Нельсона, поверьте, я это сделаю. Но точно – не за Абукир. Победило «братство по оружию», однако создал его Нельсон. И, повторю хоть в сотый раз, именно Нельсон показал им, как нужно воевать. Дальше – в меру собственных способностей.

…Никто точно не помнит, в котором часу 3 августа 1798 года Нельсон появился на палубе «Вэнгарда». Все говорят – утром, пусть будет просто утром. В любом случае все уже было кончено. Бледный, с повязкой на голове. Ему кричали «Ура!», а он, это тоже все помнят, обошелся без слов. Постоял немного – и отправился в каюту дописывать письмо лорду Сент-Винсенту.

Писалось плохо, сильно болела голова. Он вызвал капитана Берри и поручил ему написать отчет о сражении. Берри отправился к себе. Вечером он пришел к адмиралу отчитаться о проделанной работе. Вот тогда-то Нельсон и сказал:

«Слово “победа” недостаточно полно передает смысл случившегося».

Трафальгар все спишет? Не совсем. Даже при небольшом желании пятна на репутации Нельсона обнаружить легко. Почти все эти пятна появились в период с 1798 по 1801 год. Особое время в жизни Нельсона. Я бы мог спрятаться за выражением «он не был похож на себя», но – не буду.

В том и дело, что был. Только совсем не походил на героя. Случилась беда с его любимым словом, долг. Оказалось, что поддерживать равновесие между любовью и долгом – дело крайне сложное. И примерно на три года страсть взяла верх над долгом. Так было, отрицать это невозможно.

Забегая вперед, скажу, что, когда его отношения с Эммой Гамильтон примут форму домашних, он снова станет прежним Нельсоном. Почти прежним. Три года из жизни не выкинешь, все ошибки не исправишь. Три года, когда он был слабым и уязвимым. Страсть. Никаких других объяснений не нужно.