Нельсон полностью

«…Я советую лорду Нельсону действовать в Неаполе так, как если бы он находился в каком-нибудь взбунтовавшемся ирландском городе… Мне кажется, надо примерно и самым суровым образом покарать некоторых предводителей…»

…Караччиоло бежал из Неаполя и скрывался в местечке Кальвиццано. Его выдали. Согласно легенде, за обещанную англичанами награду.

«Поскольку для рассмотрения дела Франческо Караччиоло, обвиняемого в мятеже против своего законного суверена… был созван Суд морских офицеров Его Сицилийского Величества, и поскольку указанный Суд морских офицеров нашел обвинения в мятеже полностью доказанными и приговорил упомянутого Караччиоло к смерти, – Настоящим приказываю вам вынесенный судом смертный приговор в отношении упомянутого Франческо Караччиоло привести в исполнение, повесив его на фок-мачте фрегата Его Сицилийского Величества “Минерва”… сегодня в пять часов вечера; тело оставить висеть до захода солнца, а затем снять и бросить в море.

На борту “Фоудройанта”, Неаполитанский залив, 29 июня 1799 г.

Нельсон».

Вот это и есть самая настоящая мерзость. Наверное, Караччиоло заслуживал какого-то наказания, но такое… Благородного аристократа, заслуженного моряка, и – повесить на рее! Как какого-то взбунтовавшегося матроса или пирата! На корабле, которым он когда-то командовал…

К ожидавшему казни Караччиоло приставили молодого английского лейтенанта Паркинсона. Неаполитанский адмирал дважды вызывал его для разговора. Нет, он не просил о пощаде, он лишь не хотел умирать позорной смертью. Или топор, как для человека знатного, или расстрел. Все, о чем он просил: «…Мне невыносимо стыдно умереть так, как умирает пират. Признаюсь, это разбивает мне сердце». Сочувствовавший Караччиоло Паркинсон дважды передавал просьбу адмирала «наверх» – и оба раза получал отказ.

Эх, Нельсон, Нельсон… Ну почему он так поступил?! Что заставило его быть столь жестоким? Я пытался найти объяснения, но все равно – до конца не понимаю. Впрочем, не верю и Александру Дюма, описывающему, как Нельсон в компании Гамильтонов в подзорную трубу наблюдал за казнью на борту «Минервы» и чуть ли не приплясывал от удовольствия. Писателям нравится добавлять живописные детали, я знаю.

Деталью больше, деталью меньше, но суть-то одна. Пятно. Смыл ли его Трафальгар? В Англии – да, в Европе, а тем более в Италии, – нет. На Апеннинах герой – Караччиоло.

…Нельсон, конечно, герой своеобразный. Герой, в котором уж очень много человеческого. И хорошего, и плохого. У него, как и у любого человека, есть разные периоды в жизни. Этот, средиземноморский, не лучший. В нашем понимании. Только для Нельсона, может, главный. Славу он не обрел, но получил любовь. А Корфу, Неаполь, Мальта… Точки на карте. Ради своей возлюбленной Нельсон будет делать то, что считал немыслимым для морского офицера, – нарушать приказы.

Какая Мальта?! Русским она все равно не достанется. Разобидевшийся на своих союзников Павел I отзовет эскадру Ушакова из Средиземного моря. В конце весны 1800 года отзовут и Нельсона…

Порой и небольшой разрыв во времени выглядит как самая настоящая пропасть. Генерал Бонапарт вернулся во Францию поздней осенью 1799-го, адмирал Нельсон в Англию – летом 1800-го. Разница – меньше чем в год, а изменилось все.

Говорят, что, когда Нельсон узнал о бегстве Бонапарта из Египта, он якобы сказал: «Да неужели? Я думал, он давно уже гниет в пустыне». Придумано, конечно. Плохие слова в адрес Бонапарта Нельсон, как и любой английский боевой офицер, говорил. Но то, что «злобный корсиканец» способен творить чудеса, адмирал знал. Не понаслышке.

Обладавший феноменальной памятью Наполеон, конечно же, отлично запомнил имя того, кто уничтожил французский флот при Абукире. И все равно – Нельсон для него пока лишь один из многих английских адмиралов. Он вернулся в Англию? Что с того?