Сжимаю в руках монтировку, чувствуя давно забытый азарт. Было дело, когда Лев встрял на деньги одному неприятному типу, тогда-то и пригодились его умение трепать языком и мое — бить точно в цель одной правой. Рем пытался договориться, но в какой-то момент что-то пошло не так, и мне пришлось спасать его задницу.
Надо сказать, что тогда нам еще помогло то, что с нами был профессиональный каратист — Тоха, наш общий друг, который в этом году укатил в Лондон по обмену в элитную школу. Мы устроили хорошую взбучку на троих, были в шаге от того, чтобы выбить Льву моральную компенсацию за причиненные неудобства.
Да, безбашенность друзей сейчас бы нам пригодилась, но что имеем, то имеем...
Подходим с Зоей к двери, и я указываю ей в сторону крытой веранды.
— Будешь ждать здесь, — говорю одними губами, чтобы меня не услышали.
— Нет, — мотает головой Зоя, округляя глаза.
— Зоя. Ждешь здесь, или оставляем Стаса и уходим.
Молчит с секунду, не сводя с меня своего испуганного взгляда. Она выглядит как воробушек, которого хочется сгрести в охапку и согреть.
"Ну же, малыш, все будет хорошо", — пытаюсь донести до неё свою главную мысль. Надеюсь, она умеет читать по глазам.
— Ладно. — Кивает, смирившись.
В этот раз она еще быстро согласилась. Я уже думал, что мне придется силком тащить её в сени и запирать, чтобы не высовывалась и не подвергалась лишней опасности. То, что она пошла со мной — уже повышает риск на целых сто пунктов. Я вообще собирался оставить ботаничку на улице, и передумал не потому, что поддался на её уговоры, скорее проанализировал всю ситуацию и решил, что так будет безопаснее.
— Я вернусь за тобой. Не вылезай, пока я не скажу, — шепчу, наклонившись к двери, за которой она спряталась.
— Хорошо.
Неужели мы начали вести себя как команда? Прекрасно. Осталось только довести наш план до конца.
Так, Тим, собственно, а какой у тебя план?
Если честно, его нет. Врываюсь, вырубаю всех, кто угрожает жизни белобрысого, и мы втроем героично уходим в закат. Точнее, убегаем, сверкая пятками, пока нас не догнали.
По-моему, отличный план, достойный моментального воплощения в жизнь.
Киваю самому себе, словно подбадривая, и осторожно открываю дверь. Удача на моей стороне, потому что та не скрипит и тем самым не выдает мое присутствие.
— Короче, Склифосовский, когда будешь отдавать должок? — первое, что я слышу, едва оказываюсь внутри. Голос неприятный, хриплый, больше похожий на собачий лай.
Маленькая комнатка, где стоит старый комод, очевидно служит неким подобием прихожей. Прохожу мимо, держа монтировку наготове. Мельком бросаю взгляд на свое отражение в потускневшем зеркале. В майке и с грозным оружием в руках я тяну на деревенского Рэмбо…
— Ты же знаешь, Шах не любит, когда его заставляют ждать. — Тон второго еще менее дружелюбный, угрожающий. — Тебе итак дали крайний срок.
— Я же уже сказал вам, что деньги будут завтра утром.
— Не, Колян, он походу тупой, не догнал с первого раза.
— Ну так мне не влом повторить...
Дальше слышатся глухие удары и стон, полный боли. Очевидно, что белобрысому хорошенько прилетает от "дружков".
Интересно, сколько и по какой причине он задолжал им денег? Судя по тому, что эти ребята настроены крайне серьезно, сумма не маленькая. Как выберемся, надо бы расспросить Ямпольского поподробнее. Думаю, что у нас с ботаничкой на это есть полное право, мы же спасаем его невезучую задницу из беды.
Осторожно выглядываю, пытаясь сориентироваться на местности. Возня, мат, скулеж Стаса — весьма неприятные звуки, которые подстегивают к скорейшему принятию решения.
Пока бугаи заняты своей жертвой, я влетаю в комнату и что есть силы заряжаю одному из них меж лопаток.
— Какого хе... — не успевает договорить, валится на пол, выгнувшись от боли.
Второй оказывается проворнее, тут же бросается на меня — попадаю ему по плечу монтировкой. Правда, из-за неудобного хвата она выскальзывает у меня из рук.
Делать нечего, идем в рукопашную. Успеваю отпрыгнуть, когда первый, очухавшись после удара, пытается схватить меня за ногу и повалить на пол.
Э, не, чуваки, моё кунг-фу посильнее вашего будет!
Между нами троими завязывается потасовка, в ходе которой я все-таки вырубаю сначала первого, потом второго. Адреналина в крови столько, что хватит на пробуждение терракотовой армии Китая.
Мое появление было слишком неожиданным, плюс техника у меня никогда не хромала, наверное, поэтому я смог уложить сразу двоих. Правда, мне тоже прилично досталось: губа рассечена, кровит, скула и кулаки адски горят, наливаясь синяками. Завтра будет вообще космос!
— Так, надо уходить! — бросаюсь к белобрысому, находящемуся почти в бессознательном состоянии, и начинаю распутывать веревки, которым связаны его руки.
— Чёрт, Ярцев, — стонет он, узнав меня. — Ты-то тут откуда взялся?
— Оттуда. Потом расскажу, долгая история.
— Надеюсь, ты один, без...
Ямпольский не успевает договорить, потому как в этот самый момент раздается громкий вскрик, от которого у меня мурашки по коже. Очевидно, что он может принадлежать только одному человеку.
