– Если на мужчину напали рядом с диваном в гостиной, а на полу гостиной нет следов драки, значит, убийца спокойно вошел в дом Ян Фэна. Другими словами, погибший сам впустил убийцу в гостиную. Таким образом, мы должны связать это дело с двумя бутылками «Улянъе» на диване.
– Вы считаете, что убийца – это тот, кто их подарил?
– Да, – категорично заявил я. – Большинство людей не выставляют такие дорогие подарки напоказ в гостиной. К тому же Ян Фэн работает учителем, он не стал бы рисковать своей репутацией. Такие презенты от родителей сразу же прячут от посторонних глаз. Единственным возможным развитием событий могло быть то, что потерпевший просто не успел убрать пакет, который ему только что вручили. Если обобщить и сделать вывод из вышесказанного, я почти уверен, что убийца – родитель одного из учеников Ян Фэна, который пришел к учителю домой, чтобы подарить пакет с бутылками водки.
– У меня все еще остался один вопрос. – Кажется, Чжао почти согласился с моими выводами. – Если это был чей-то родитель, почему старик сказал полиции, что не знает убийцу?
Немного поразмыслив, я ответил:
– Это сложный вопрос. На то может быть две причины: во-первых, учитель мог действительно не знать, кто к нему пришел; не думаю, что он знал всех родителей своих учеников в лицо. Убийца мог просто сказать, что является родителем одного из детей, и всё. Во-вторых, когда Ян Фэна допрашивали, он не знал, что его жена мертва, и не ожидал, что умрет сам, поэтому мог захотеть обмануть следствие, чтобы защитить собственную репутацию.
– Н-да… если он соврал, полиции будет непросто, – сказал Чжао. – Звучит убедительно. А что насчет четвертого вопроса, на который мы теперь можем ответить?
– Я думаю, убийца мог быть не один, – ответил я.
– Не один? – спросил судмедэксперт Чжао. – Как это возможно? Ян Фэн сам сказал, что нападавший – неизвестный ему бандит, и ясно дал понять, что тот был один. Более того, ножевые ранения обоим супругам нанесли одним орудием. Убийц точно не могло быть двое.
– Погибший мог говорить только про человека, который напал на него, второй же злоумышленник мог этого не делать, – ответил я. – Мужчина также говорил о «белой и черной одежде». Что бы это могло значить? Я думаю, что один человек был в черном, а другой – в белом.
Чжао Юн нахмурился, ему было тяжело поверить в это.
Я продолжил:
– Это подтверждают травмы на теле Цао Цзиньюй. Кроме ножевого ранения в правый бок, у нее были повреждены шея и слизистая оболочка полости рта. Больше всего досталось шее: мышцы с двух сторон кровоточили.
– Ну и что?
– Невозможно нанести травму мышцам шеи и слизистой рта одной рукой. Для этого потребуются обе.
– А… – Чжао закивал головой. – Ты имеешь в виду, что если убийца одной рукой держал Цао Цзиньюй за шею, а другой зажимал ей рот, то откуда взяться третьей руке, ударившей ее ножом в бок?
Я кивнул с довольной улыбкой. Нужно признать, судмедэксперт Чжао понимал меня с полуслова.
– Мне кажется, что в тот момент, когда убийца напал на Ян Фэна, Цао Цзиньюй вскочила с кровати и выбежала из комнаты. Это подтверждается тем, что на теле Цао Цзиньюй была ночная сорочка, но не было обуви. Так вскакивают с постели в экстренных ситуациях. Цао Цзиньюй в спешке выбежала босая из спальни. Увидев, что Ян Фэн ранен, она не смогла сдержать крик; в этот момент к ней подбежал соучастник преступления, зажал ей рот и схватил за шею. Обычно так делают, чтобы заглушить крик. После того как ее схватили, преступник с ножом сначала шесть раз ударил Ян Фэна, а потом нанес один удар Цао Цзиньюй. Затем оба преступника покинули дом пожилой пары.
– Похоже на правду, – сказал судмедэксперт Чжао.
– Конечно, это всего лишь догадки, – ответил я. – Чтобы утверждать, что преступников было двое, нужны более веские основания.
В машине снова воцарилась тишина. Водитель ехал медленно, а мы с судмедэкспертом Чжао обдумывали детали, которые только что обсудили, пытаясь выудить новые зацепки.
Чжао Юн первым нарушил молчание:
– Во время осмотра места преступления было найдено множество пятен крови, но все они принадлежат Ян Фэну и Цао Цзиньюй. Все капли, включая те, что в коридоре, были взяты на анализ, но ни в одном образце не обнаружили ДНК третьего лица.
– У меня есть еще одно предположение, – я напрямую не ответил на его вопрос. – Возможно, убийца пользовался пружинным ножом[28].
– Сомнительно, – ответил Чжао. – Как судмедэксперт, ты можешь только сказать, что орудием убийства был однолезвийный нож шириной около трех сантиметров и длиной более десяти. Но ничего более мы утверждать не можем.
– У меня есть основания так полагать. Во-первых, – начал я, – нож, который принес преступник, должен был быть незаметным, верно? В противном случае Ян Фэн не впустил бы к себе в дом убийцу. Получается, когда преступник постучал в дверь, он спрятал нож. В летнюю пору на одежде не так много карманов. Раз нож с таким длинным лезвием можно спрятать, значит, он был складным. Если же положить обычный нож такой длины в карман, то можно случайно проткнуть себя.
Судмедэксперт Чжао кивнул.
Я продолжил:
