– Странно, он вернулся домой, но не ложился спать… – Мы с Дабао зашли в ванную комнату и пощупали несколько полотенец, висевших на стене. – Полотенца сухие, значит, он не умывался. Как думаешь, его ударили, когда он только вошел или же когда выходил утром?
Дабао пожал плечами.
Я усмехнулся:
– Дурак. Пострадавшего обнаружили лежащим на земле в четыре часа утра. Если б его ранили, когда он выходил из дома – и не забывай, что они договорились нести покойницу в полчетвертого, – тогда он должен был выйти примерно в три утра. Как могла образоваться такая большая лужа крови всего за полчаса?
Дабао осенило:
– Конечно! Если не задеты крупные артерии, потребуется несколько часов, чтобы из-за ушиба образовалась такая большая лужа крови.
– Если сопоставить все данные – сложенное одеяло и ключи в зале, – то, вероятнее всего, он вышел из дома сразу после того, как зашел, и ему нанесли удар по затылку. Но есть одна загвоздка: если погибший хотел уйти, то он направился бы к выходу из дворика, а Сяньфа шел в противоположном направлении. Зачем? Что он собирался делать у забора? – рассуждал я.
– А еще он не взял ключи, значит, дверь оставалась открытой, – добавил Дабао. – Но человек, сообщивший о происшествии, утверждал, что дверь была заперта. Вряд ли убийца стал бы после совершения преступления закрывать дверь.
– Пойдем еще раз посмотрим на ту стену, – предложил я, подхватывая свой чемоданчик со всем необходимым для работы.
Мы вышли во дворик. Он был довольно просторным: расстояние от дома до забора составляло метров пять. На участке стоял сарайчик, который когда-то своими руками построил покойник. Внутри висели метла, совок для мусора и прочий инвентарь. Мы с Дабао переглянулись и улыбнулись друг другу. Может, этот педантичный мужчина средних лет пришел сюда за инструментами, хотел прибраться?
– Убийца, по всей видимости, прятался у входной двери. Сунь Сяньфа вышел из дома, и в этот момент преступник нанес удар. – Поправив очки, Дабао продолжил: – А вот зачем он закрыл дверь, известно только ему самому.
Я стоял посреди двора задрав голову и смотрел на второй этаж домишки, где стояли окна из сплава алюминия. Створка окна, выходящего на ту самую стену, была открыта. Наверху Линь Тао с особой скрупулезностью осматривал окно вдоль рамы. Я подмигнул Дабао и улыбнулся:
– Линь Тао тот еще красавчик. Неудивительно, что за ним бегают так много девчонок.
– А что толку? – ответил Дабао. – Он закоренелый холостяк, тут нечему радоваться.
Линь Тао, услышав слова Дабао, выглянул из окна, посмотрел на меня и крикнул:
– Эй, редиска! Смотри-ка, а у пострадавшего совсем не было инстинкта самосохранения. Окно-то открыто. Если кто-то захотел бы вломиться и ограбить дом, всего-то было нужно залезть на забор, а с него уже можно дотянуться до подоконника и влезть в окно.
– Твою ж мать, – выругался я, – какая я тебе редиска? Ты зачем меня позоришь?
Отвернувшись, Дабао тихонько захихикал. Я дал ему подзатыльник:
– Что смешного? Если б покойник сам не вышел из дома, попав в ловушку преступника, не исключено, что убийца мог просто влезть в окно.
– На втором этаже нет никаких подозрительных следов, – заметил Линь Тао. – Похоже, тут мы не найдем никаких улик, поэтому я очень рассчитываю на результаты вскрытия.
После обеда мы с Дабао поспешили в морг уезда Шупей. Это мрачное здание совсем не изменилось с прошлого года. Там нас уже ожидал судмедэксперт Гуй вместе с начальником отделения судебно-медицинской экспертизы по городу Шидан Гуань Цицзинем. Начальнику было уже за пятьдесят, он считался нашим старшим товарищем, поэтому вел протокол.
Сначала мы последовательно осмотрели туловище и конечности Сунь Сяньфа. Травм на них не было.
– Стоит отметить, он в хорошей форме, – сказал судмедэксперт Гуй. – Кожа чистая, здоровая.
– Да, это был педант, – добавил я. – В его доме безупречно чисто, хотя он жил совсем один.
– Ну, может быть, с уборкой ему помогала его молоденькая подружка… – Дабао достал скальпель и начал срезать волосы с головы убитого.
После того как волосы Сунь Сяньфа были коротко обрезаны, мы смогли хорошо рассмотреть травму затылка.
– Концы раны тупоугольные, край рассечения проходит по естественному рисунку кожи, видны межклеточные мостики[11]. – Кровоостанавливающим зажимом я раздвигал края раны, чтобы рассмотреть ее, давая возможность убедиться в моих словах старшему судмедэксперту, который находился сбоку и фиксировал наблюдения в протоколе. – В нижней части раны проступает фрагмент кости, это указывает на перелом черепа. – Я обработал рану спиртом, после чего добавил: – Это типичная травма головы, возникшая от удара тупым предметом и повлекшая разрыв кожи головы, что образовало рваную рану. Обратите внимание, по краям раны ссадины. Как так вышло?
– Предмет, которым нанесли удар, был с шероховатостями, контактная поверхность больше раны. – Дабао хорошо разбирался в теории.
– Какой инструмент подходит под описание? – Я оперся на край секционного стола и размял уже затекшие шейные позвонки. – Может, это толстая палка?
