Взмахами крепких крыльевСпина в середине чешетсяПамяти смахнув пыль, яЛавирую, как бешеныйВ зверстве растущего темпаВетер мне мысли чиститГоры, моря, реки, степиПолзут рисунком игристымРежу собой, как ножомТуч предрассветных маслоТремор в сердце моёмНо в голове моей ясноПлотный от скорости воздухНа высоте беспредельнойСдавливает мне ноздриЗаложены уши свирельюСвиста под прессом давленияВенозного, артериальногоСтал беспредельно смелым яИ бесконечно реальнымВсё, что сейчас происходитЗа гранью ума и безумияДыхание стало навродеСпящего пыла ВезувияВсё оказалось простоКак клавиша фортепьяннаяГлавное условие ростаСтрастная тишь покаяния<p>Ларисе Гузеевой</p>Судьба любит мыслителейНо ловко прячется в будняхДелая всё сомнительнымПодсказывая скудноИ все твои пробы робкиеЗа хвост уловить её точноОна закрывает скобкойРубя на корню многоточиеСудьба бугристо и кривоЛежит горной дорогойОна промолчит игривоКогда ты упал неловкоНо ты обнаружишь прелестьСносящую голову каждомуКто, от испытаний вспенясьВзглянул ей в глаза однаждыИ, расставаясь с ужасомТотальной недосказанностиУвидишь ты тонкое кружевоСобытий, связей – и радостноПризнаешься вдруг сам себеВ одном очевидном фактеСудьба – не где-то там вовнеСудьба – это твой характер<p>Дмитрию Нагиеву</p>Моё путешествие в надеждах смачныхСтало банальной привычкой дрейфитьПод высохшей в комичный зигзаг мачтойС дырявым мятым парусом верыК тем землям, которые когда-то мне снилисьВ края те, что вроде как где-то естьТерпя лишения за божью милостьДобраться до них и на мель не сестьНа этом корыте держать путь трудноОно дырявое и плывёт едва-едваНо много ещё даров в моём суднеОт носа до кормы и от мостика до днаЯ мореплаватель так себе и надеюсь толькоНа ветер попутный да на знаки звёздНо знаю теперь, что море – дело тонкоеИ улыбаться умею сквозь плёнку слёз<p>Альбом «Если ты слушаешь»</p><p>Если ты слушаешь</p>
