– А там, куда ты вознамерилась перейти по незнанию и по глупости: в торговле, бизнесе грёбаном, где огромные “бабки” вращаются и шампанское льётся рекой, – там душе– и христопродавцы абсолютно все. Все просто обязаны быть членами каких-нибудь партий и клубов, тусоваться с утра и до вечера с кем-то, безропотно смотреть какому-нибудь важному и жирному дяде в рот, ежедневно плясать под его слащаво-продажную дудку. Чтобы он тебя постоянно поддерживал и опекал, слово нужное за тебя перед кем-то молвил. Ну, чтобы не трогали тебя, не трясли всякие там бандюки, менты и надзорные органы, чтобы “воздух не перекрывали” для сытой и спокойной жизни… Но за эту опеку высокую и богатство ты потеряешь свободу полностью и насовсем, продашь свою душу, талант тайным своим покровителям. Это же ясно как дважды два! Мне, во всяком случае, ясно… А я делать этого категорически не желаю, душу какому-то там упырю пучеглазому продавать, категорически! Да и тебе не советую. Из этого гнилого болота потом не вырвешься, поверь. Все деньги, все богатства нажитые проклянёшь! – да уже поздно будет… Трагическую судьбу принцессы Дианы вспомни: чем закончилась её отчаянная попытка с тем волчьим миром порвать, куда она сдуру вляпалась. Ужасной автоаварией, спланированной и заказной, после которой от неё одно мокрое место осталось… Так-то, подруга! Это урок всем нам – горький, но очень ценный. Все именно так и заканчивают – идеалисты и чистоплюи разные, которые за большими деньгами и золотом погнались, думая, что они просто так достаются – дуриком…
– Хочешь вот, расскажу тебе в двух словах, на чём держится вся торговля, бизнес? Как реально живёт любой бизнесмен, Колькин брат, например, в каком дерьме ежедневно возится? – неожиданно обратился Стеблов к жене.
– Расскажи, – покорно согласилась та, поражённая услышанным от супруга.
– Так вот, держится Колькин брательник и всё его дело торговое исключительно на знакомствах и связях, как я уже говорил, которые он активно заводит всю жизнь, которые старательно поддерживает, мотаясь по кабакам и притонам по вечерам, по презентациям и фуршетам. Именно там, в кабаках, и совершается основная масса всех сделок, запомни, там же заключаются и наиболее важные договора – не в офисах, не в конторах… Поэтому если ты хоть раз туда не придёшь по какой-то причине – всё, пропал: тебя вычёркивают из списка моментально, и ты попадаешь в категорию неблагонадёжных. Никто уже никогда никаких дел с тобою иметь не станет, копейки не заплатит тебе… Но там надо непременно пить, на презентациях и фуршетах этих: и много, и часто, почти ежедневно. И ещё непременно надо развратничать, непременно! чего я категорически не терплю, что больше всего порицаю в людях – прелюбодеяние!… А там ты без этого не проживёшь, ни единого шага не ступишь, как ни крутись и каким ни будь по натуре чистым, стойким и правильным… Колькиному брату всё это нравится, такая “сладкая” жизнь и такая “малина” ежевечерняя. Ладно. Пусть, пусть себе живёт и здравствует: “клубничку с малинкой кушает”. Ему и жену поменять – что тебе высморкаться. У него уже столько их разных было – не сосчитать… А мне? Каково мне-то будет в этом гнилом вертепе?…
– Ты вот знаешь, например, что основная масса женщин, что в нашей торговле крутятся: все эти так называемые бизнес-леди и безнес-вумен крутые и деловые, и очень самостоятельные, – так вот все они одинокие в основном, незамужние. И все дюже сильно голодные и безнравственные из-за этого. Они с тобой ни одну сделку пустяшную не заключат и ни один контракт не подпишут, пока ты их, дур озабоченных, не напоишь и не удовлетворишь, удовольствия пока не доставишь. И это не редкость, не исключение, уверяю тебя, – там это, опять-таки, правило, негласный торговый закон, как и таблица умножения в математике. Там все так работают и живут, в этом грёбаном, грязном бизнесе: ежедневно пьют как скоты и потом всю ночь как кролики трахаются. Другого там ничего не знают и не умеют, и не хотят знать и уметь. Потому что дебилы полные, как я уже сто раз говорил, животные: одними инстинктами только живут, одними страстями и похотью. Там такая мерзость и грязь, про которую мне тебе и рассказывать-то дальше совестно!
–…И наш сосед Николай так живёт? – настороженно спросила жена Марина, губы в ухмылке скривив, вроде как не доверяя мужу.
– И Николай, – утвердительно кивнул головою Вадим. – Он что, рыжий что ли?!
– То есть, ты хочешь сказать, что он Гальке своей изменяет? – тихо, но твёрдо стала допытываться жена, заметно в лице изменяясь, усталой и расстроенной сразу же становясь, будто бы описанной только что жизнью убитой.
– Изменяет, да, – с готовностью подтвердил было Вадим свои же собственные слова… и тут же и осёкся на полуслове. – Ты только… это… смотри, Гальке не проболтайся, – жалобно попросил он супругу. – А то такое начнётся! С Колькой врагами станем навек, знаться совсем перестанем.
