У самой двери женщина остановилась, посмотрела поочередно на друзей и обратилась к Антону:
— Будьте аккуратней. И его берегите. Все-таки немец, гость, мало ли чего, ладно? Я ведь чувствую, не удержитесь, полезете в церкву… Помните, это прямо посередине иконостаса. С богом!
В церковь решили проникнуть поздно вечером. Когда сгустились сумерки, участники «операции» вышли из «Арт-Отеля», где располагался их временный штаб. Антон то и дело озирался по сторонам, опасаясь слежки со стороны загадочного немецкого старичка и его широколицего спутника.
Игорь припарковал машину прямо на набережной, у монумента, установленного в честь колыбели русского флота. Шесть куполов церкви, как и сто лет назад, возвышались над местностью и казались незыблемыми, вечными. Трудно было поверить, что во время войны Адмиралтейская, а точнее, Успенская церковь была наполовину разрушена: обвалилась крыша, сгорело несколько куполов, потрескались стены. Но самая старинная ее часть, где располагался иконостас и где, по преданию, сам царь Петр Алексеевич любил петь в хоре на клиросе, не пострадала. Она пережила пожары, войну, разливы реки.
— Игорь, у тебя есть идеи, как аккуратненько и незаметно туда проникнуть? — спросил Антон, когда заговорщики подходили к церкви.
— Видишь, что это? — Игорь достал из кармана большой висячий замок, который в России традиционно называют амбарным. — Там такой же. Ломиком его скинем, а после этот поставим. Сторожа нет, но может, правда, ездить патруль. Периодически.
— Ломиком… Ну, что ж, давай попробуем.
Замок не хотел поддаваться без шума. Он отскочил и упал с таким грохотом, что всем показалось, будто сейчас к Успенской церкви нагрянет вся милиция города и области. Выждав какое-то время в стороне для верности, Игорь и Антон зашли внутрь. Ральфа на время разведки было решено оставить на улице, «на шухере».
В действительности же Антон не хотел вовлекать иностранного гражданина в возможные ситуации с участием представителей власти, нагрянь они сюда неожиданно. Он попросил Ральфа прикрыть за ними дверь, повесить на нее новый замок и следить за происходящим, но ни при каких обстоятельствах не вмешиваться.
— Если нас поймают, жди десять минут и возвращайся в отель. И ничего не предпринимай, — строго проинструктировал он Ральфа и скрылся за дверью церкви.
Свет от фонарей причудливо скакал по церковным стенам. Было ясно, что средств на полную реставрацию внутреннего убранства этого замечательного храма не хватало. Антон и Игорь стояли напротив иконостаса в самом дальнем приделе. Пол в этом месте был действительно покрыт плиткой и перед самым иконостасом возвышался на несколько сантиметров.
— Баба Катя сказала, надо искать прямо посередине, — прошептал Игорь. — Но мне кажется, братишка, надо линять отсюда, потому как мы ничего не найдем. Тут все давно перестроено-переделано.
— Игорек, прости, но не могу. Себе не прощу, если не проверю. Вдруг найдем, а?
— Даже если найдем, бумага истлела давно. Ладно, давай плитку ломать. А то я уже замерз.
После некоторых усилий плитка, непосредственно прилегающая к стене, поддалась, и оказалось, что между стеной и бетонным возвышением имеется небольшой зазор. Друзья уже добрались до земли, когда на улице раздался странный звук. Выключив фонари, они притаились.
Игорь услышал шепот Антона:
— Пойду проверю, может, что с Ральфом. Сиди тихо.
Он подкрался к двери и прислушался. Явственно доносились звуки музыки и работающего двигателя. Потом он услышал непонятный треск, но тут же понял, что это работает милицейская рация. Антону пришлось ждать полчаса, прежде чем машина уехала. Он тихо постучал в дверь и через минуту услышал ответный стук.
— Ральф?
— Да.
— Все нормально?
— Все ок.
— Хорошо, мы продолжаем. Сиди тихо.
Антон вернулся к Игорю.
— Игорек, все в порядке. Был патруль да уехал.
— Ты не поверишь… — пробормотал тот и включил фонарь.
В руках у него была ржавая металлическая коробка.
— Вот это да! Где была?
— Там, под плитой, в земле, достаточно глубоко. Пришлось еще плитки ломать.
— Тогда уходим отсюда.
— Ага, уходим. Нехорошо мне как-то на душе, завтра же деньги на ремонт пожертвую.
— Правильная мысль. Я с тобой. Пошли!
Со стороны входа раздался стук, скрипнула дверь, и храм озарился светом мощного фонаря. Хрипловатый приблатненный голос скомандовал:
— Эй, клоуны, ну-ка стоять.
Друзья застыли как вкопанные. Антон почувствовал, что на лбу выступил холодный пот. Выходит, запаниковал. Скверно.
— В чем дело? — Игорь старался придать голосу уверенность и спокойствие.
— Коробочку поставь на пол, а сам отойди к стене.
— С чего это? — вступил в разговор Антон.
Незваный гость направил фонарь на себя, и в его свете блеснул ствол револьвера. Кроме того, было видно, что он не один — у двери маячили неясные очертания человеческой фигуры.
— Вот с чего, — пояснил владелец револьвера. — Только тихо ставь, отходи к стене и жди два часа. Если не поняли, я ща объясню так, что вас, козлов, тута будут скоро отпевать.
От двери послышался голос. Бандит, не сводя глаз с Игоря и Антона, ответил ему на ломаном английском.
