— Господин Шерхорн, давайте не будем терять время. Вы хотите получить нечто, что вынуждены были оставить в России несколько десятков лет назад, верно? Можете не отвечать, мне это известно. Поскольку человек, по приказу которого действовала ваша группа, давно умер, вам не перед кем отчитываться. Если речь идет о том, что я думаю, вы вполне можете поделиться находкой. К тому же я действительно ценный помощник, ведь люди, которые вас интересуют, мне доверяют. Я их друг. И еще я обладаю связями, которые могут помочь сделать вас на какое-то время… невидимым. Кстати, а почему вы следите за господами Ушаковым и Мюллером?
Шерхорн колебался, а между тем уже давно надо было распрощаться с нахальным юношей и выйти из лифта. Но старик был не из простачков. Чутье и жизненный опыт подсказывали, что судьба дает ему еще один, быть может, последний, шанс. Пройдет еще несколько лет, и его жизнь, повинуясь неумолимым и вечным законам природы, закончится. Так чем он сейчас рискует?
«Надо его перехитрить», — подумал Шерхорн.
Оставалось только поменяться ролями с этим парнем. В таких делах нужно играть первую скрипку, дозировать информацию и ни на секунду не забывать про маршруты отступления.
Шерхорн принял решение. Сейчас ему нужна информация, а после он решит, каким будет его следующий шаг.
— Допустим, — начал он. — Допустим, вы действительно тот, кто мне нужен. Зачем вам нужен я? Вы мне кажетесь вполне информированным человеком, хотя я и не могу вам подтвердить, что ваша информация о моем прошлом корректна.
— Вы нужны мне, потому что только вы знаете все про тайну пропавшей экспедиции СС. Лучше иметь вас в качестве союзника. Я вам нужен, потому что мои цели понятны, а возможности уникальны. Да соглашайтесь же скорей! У нас, то есть у вас, очень мало времени!
— Вы сказали, что ваше имя…
— Михаил. Но я вам пока ничего не говорил.
— Михаил, давайте сразу определимся: во-первых, вы во всем меня слушаетесь, во-вторых — мне нужно обеспечить себе кое-какие гарантии, а для этого нужно время, дня два, и, наконец, в-третьих, мы сейчас же расстанемся, вы дадите мне свои телефоны и будете ждать от меня инструкций. У вас полминуты.
Михаил быстро написал на листке бумаги несколько цифр.
Двери лифта открылись. Шерхорн вышел не прощаясь.
— Молокосос, — процедил он сквозь зубы. — Ты даже не представляешь, с кем связался. Впрочем, благодаря тебе я чувствую теперь, что не все потеряно!
Выйдя из отеля, Михаил обвел окружающий пейзаж внимательным взглядом и, засунув руки в карманы куртки, зашагал по Петровке.
— Непростой дед, — процедил он сквозь зубы. — Ну ничего, все равно судьба у него теперь одна — в России сгинуть.
Выйдя из «Марриотт», Михаил достал пачку сигарет, закурил. У входа дежурили несколько гостиничных БМВ, используемых для трансфера постояльцев из аэропортов и обратно. Огни магазинов и ресторанов призывно освещали загазованный осенний воздух столицы. Традиционная пробка тянулась вдоль Петровки. Инспектор ГИБДД проверял документы у водителя «газели». Чуть в стороне от входа сбившиеся в кучку «элитные шофера» отпускали скабрезные шутки. Михаил не любил сквернословия, в быту был благочестив, потому недовольно поморщился. При этом охоту за сокровищами или реликвиями, в которую пустился, грехом старался не считать, следуя двойным стандартам, принятым у некоторой части духовенства. Что же касается сотрудничества со спецслужбами, он классифицировал его как дело богоугодное, направленное на защиту государства и нации.
Михаил еще немного постоял у входа в гостиницу, изучая обстановку, и только после того, как с большой долей уверенности установил отсутствие слежки, пошел по правой стороне улицы в сторону Большого театра.
Около «Берлинского дома» его остановил прохожий и поинтересовался, как пройти к Столешникову переулку.
Указать туда дорогу было проще простого, но Михаил осторожничал и предпочел уклониться от объяснений, сказав прохожему, что не знает точно, где это.
Он решил зайти в кафе «Манер» и выпить горячего чаю. Встреча с прохожим расстроила его. Неужели за ним следят? Может быть в «конторе» догадались, что он ведет свою игру?
Когда Михаил уже сидел за столом в кафе и напряженно думал, делая вид, будто изучает аппетитные фотографии тирамису и мильфёй, у него зазвонил телефон.
— Да, слушаю.
В трубке раздался скрипучий голос Курта Шер-хорна:
— Хеллоу, это ваш знакомый из лифта. Вы где находитесь?
— Недалеко.
— Надо срочно установить, не собираются ли ваши друзья в ближайшее время покинуть город.
— Дальше что?
— Дальше? Дальше нам надо покинуть его в том же направлении.
Антон и Ральф ехали в деревню на машине. Три часа пути до Мосальска пролетели незаметно. До села Плетни дорога была сносная — можно даже сказать, хорошая.
Но лишь только свернули с насыпи, как оказались во власти второй большой российской беды — дороги больше не было. Широкие, наполненные вязкой жижей колеи расходились в разные стороны, превращая путь до заброшенной Хизны в подобие полигона для обкатки гусеничной армейской техники.
