14 января 1942 г. штаб-квартира армии «Лапландия» официально приняла командование германскими силами в Финляндии. Фалькенхорсту было приказано вернуться в Осло за две недели до этого. В последние недели 1941 г. Норвегия внезапно новь оказалась во главе угла немецкой стратегии. В своем первом приказе во исполнение директивы № 37 Гитлер, который всегда берег Норвегию как зеницу ока, запланировал значительное усиление здешних частей и укреплений; однако в то время его решение создать независимое командование в Норвегии и Финляндии было вызвано скорее недовольством итогами операции «Зильберфукс». Вступление в войну Соединенных Штатов придало туманным опасениям (в основном самого Гитлера) весьма конкретный смысл.
25 декабря ОКВ, процитировав донесение о том, что Великобритания и Соединенные Штаты планируют крупную операцию в Скандинавии, приказало немедленно заново оценить ситуацию в Норвегии и определить, в каком месте можно ожидать широкомасштабного вторжения. Оценка Фалькенхорста была отрицательной. Он попросил прислать 12 000 для пополнения своих потрепанных частей и приблизительно три дивизии дополнительно для создания эшелонированной обороны.
И тут британские ВМС, как уже было в этом году, сами того не желая, повлияли на стратегические решения немецкого руководства. Утром 27 декабря крейсер и миноносец обстреляли Вест-Вогёй на Лофотенских островах и Молёй в устье Норд-фьорда, к югу от Тронхейма, ненадолго высадив там десанты. Похоже, что у десантов были только диверсионные цели, но ОКВ испугалось, что они разыскивают подходящее место для создания плацдарма, с которого можно будет прервать немецкое судоходство вдоль норвежского побережья. В результате Фалькенхорст был немедленно отозван в Норвегию.
В конце месяца Гитлер сказал Кейтелю и Редеру: «Если британцы возьмутся за дело всерьез, то они атакуют Северную Норвегию в нескольких местах. Нанесут совместный удар силами армии и флота, попытаются вытеснить нас оттуда, если удастся, взять Нарвик, а затем оказывать оттуда давление на Швецию и Финляндию». Он хотел, чтобы все немецкие линкоры были направлены в Норвегию, и предложил, чтобы «Шарнхорст», «Гнейзенау» и тяжелый крейсер «Принц Евгений», запертые в Бресте, для этой цели прорвались через Ла-Манш. Через три недели во время встречи с Редером Гитлер заявил, что последние донесения убедили его окончательно: Великобритания и Соединенные Штаты собираются захватить Северную Норвегию и тем самым внести коренной перелом в ход войны. Он ждет, что в ближайшем будущем союзники попытаются создать многочисленные плацдармы на побережье от Тронхейма до Киркенеса, а весной начать полномасштабное наступление. У него есть убедительное доказательство того, что Швеции обещаны Нарвик и никелевые рудники Печенги, а потому она выступит на стороне западных стран. Он назвал Норвегию «зоной, где решается исход войны» и потребовал безоговорочного согласия со всеми его решениями, касающимися данного региона. Гитлер настоял на том, чтобы «все без исключения военные корабли» были направлены на оборону Норвегии. В понятие «все без исключения» впервые вошли все подводные лодки. Однако 23-го у руководства ВМФ отлегло от сердца: на Гитлера произвел сильное впечатление отчет об успешной деятельности немецких субмарин у побережья Соединенных Штатов, и он решил оставить их там.
Вопрос о намерениях Швеции тревожил немцев с самого начала их кампании против Советского Союза. Они надеялись и даже ожидали, что Швеция примет участие в «крестовом походе против большевизма» (хотя бы пассивное); но после пропуска 163-й пехотной дивизии через свою территорию в июне 1941 г. шведы резко ограничили помощь немецким частям. В отчете Фалькенхорста, представленном ОКВ в конце 1941 г., позиция Швеции в случае англо-американской высадки в Норвегии характеризовалась как «в лучшем случае неопределенная». Напротив, штаб ВМФ в то же самое время сделал вывод, что шведская помощь, выражающаяся в форме предоставления Финляндии продуктов питания, военного снаряжения и кредитов, а также разрешение пользоваться шведскими железными дорогами, защита судоходства и рост экспорта в Германию железной руды из Лулео являются «немалым достижением». В целом высшее германское командование не считало угрозу со стороны Швеции серьезной — разве что, как выразился штаб ВМФ, «в случае решительного успеха широкомасштабной британской операции».
