Через какое-то время в Гипер-сити прибыла группа конгрессменов, а вместе с ними и Игорь Коропатский — новый директор земного Бюро расследований. Он уже много лет работал в Бюро на второстепенных должностях, поэтому Тесса Вендель немного знала его. Коропатский оказался спокойным, доброжелательным толстяком. У него были сильно поредевшие прямые седые волосы, довольно крупный мясистый нос и солидный второй подбородок. Без сомнения, он был достаточно умен и проницателен, но в то же время абсолютно лишен болезненной подозрительности Танаямы. Это чувствовалось с первого взгляда. Конгрессмены не отставали от него ни на шаг. Казалось, они хотели подчеркнуть, что новый директор Бюро — их подчиненный и находится под их контролем. Во всяком случае они должны были надеяться на это, уж слишком затянулся горький урок эры Танаямы. О прекращении работ никто и не заикнулся. Напротив, все хотели их ускорения. Осторожная попытка Вендель подчеркнуть, что поселения могут обогнать или по крайней мере почти догнать землян, вызвала нужную реакцию и была принята как лишний довод в пользу форсирования работ. Очевидно, Коропатскому было предоставлено право выражать мнение всей группы высокопоставленных гостей. Он сказал:
— Доктор Вендель, нам не нужна детальная официальная экскурсия по Гипер-сити. Я был здесь не раз; сейчас же я должен потратить какое-то время на реорганизацию Бюро. Я с глубочайшим уважением отношусь к своему знаменитому предшественнику, но смена руководителя важного государственного учреждения всегда сопровождается реорганизацией, особенно если предшественник оставался на своем посту так долго. Далее, по природе я не формалист, поэтому давайте поговорим просто и без лишних формальностей. Я задам вам несколько вопросов, а вы, надеюсь, ответите так, чтобы вас без труда понял даже человек с такими скромными познаниями в науке, как я.
— Я постараюсь, директор, — кивнула Вендель.
— Хорошо. Как вы полагаете, когда будет готов сверхсветовой космический корабль?
— Поймите, директор, на этот вопрос в принципе невозможно ответить. Все зависит от множества случайностей и трудностей, которые нельзя предвидеть заранее.
— Предположим, случайностей не будет и нас ожидают умеренные трудности.
— В таком случае, поскольку теория полетов разработана и нам осталось решить только инженерные проблемы, в благоприятной ситуации мы построим корабль, вероятно, за три года.
— Иными словами, корабль будет готов к 2236 году.
— Во всяком случае не раньше.
— Сколько человек смогут разместиться на борту корабля?
— Вероятно, пять — семь.
— Как далеко он полетит?
— Это будет зависеть только от нашего желания. В этом вся прелесть полетов со сверхсветовой скоростью. Поскольку мы будем преодолевать гиперпространство, в котором обычные законы физики, в том числе и закон сохранения энергии, не соблюдаются, то, затратив одинаковые усилия, мы сможем пролететь и один световой год, и тысячу световых лет.
Директор неловко пошевелился в кресле.
— Я не физик, но мне трудно согласиться с мыслью об отсутствии любых ограничений. Существует ли что-то, что будет неподвластно вашему кораблю?
— Есть несколько ограничений. Переход в гиперпространство и обратный переход в обычное пространство могут осуществляться только в вакууме и в достаточно слабом гравитационном поле. По мере накопления опыта мы, без сомнения, столкнемся с другими ограничениями, которые, возможно, придется изучать в ходе испытательных полетов. От результатов испытаний зависит и срок первого полета корабля с экипажем.
— Предположим, вы построили корабль. Какой маршрут вы предложите для первого полета?
— Только из осторожности в первом полете можно было бы ограничиться, например, путешествием до Плутона. С другой стороны, такое путешествие может оказаться пустой тратой времени. Конечно, если в наших руках будет корабль, предназначенный для межзвездных полетов, то искушение отправиться сразу к какой-нибудь звезде будет очень велико.
— Например, к Ближней звезде?
— Это было бы разумно. Кстати, сторонником такого полета был и ваш предшественник, Танаяма. Но я должна подчеркнуть, что есть и другие, гораздо более интересные звезды. Например, белый карлик Сириус. Мы никогда не наблюдали белых карликов вблизи, а расстояние до Сириуса всего лишь в четыре раза больше расстояния до Ближней звезды.
— Доктор Вендель, я все же думаю, что целью первого полета должна быть Ближняя звезда, хотя, возможно, мои мотивы не совпадают с мотивами Танаямы. Предположим, вы полетите к любой другой звезде и возвратитесь на Землю. Как вы докажете, что вы действительно были рядом с этой звездой?
Вендель удивилась:
— Докажу? Я вас не понимаю.
— Я хочу сказать, если вас обвинят в том, что ваш полет — всего лишь ловкое мошенничество, как вы докажете обратное?
— Мошенничество? — Вендель от возмущения даже привстала. — Это оскорбление!
