Возможно, эти чувства возникли благодаря Севиному влиянию на мой эмоциональный фон? Поворачиваю к нему голову:
-Только чур правду!
-Что?
-Это ты заставляешь меня чувствовать себя защищенной?
-Да я вообще отключил свою Силу, как только мы вошли сюда.
-Почему?
-А тебе бы понравился проходящий через тебя шквал похоти, возбуждения, злонамерения и жестокости?
Ну да, наверное, большинство из здесь присутствующих сейчас излучают именно эти эмоции.
-Почему они меня не заражают?
-Все впереди, не переоценивай себя. Только у тебя они будут видоизменены в соответствии с твоими моральными нормами, вот и все.
Мы не успели допить наш виски, как возле нас материализовался довольный собой Адам:
-А вот и я. Идите за мной - мы с Шентой уже заняли столик на втором этаже.
Я делаю очередной глоток, и кричу ему:
-Так вроде ж все было занято.
Адам наклоняется над плечом моего брата, чтобы сказать мне прямо в ухо:
-Так вроде и я - не пальцем деланный. Присмотрел столик, усилил похоть у сидящих за ним, и они быстренько побежали искать себе место для сексуальной разрядки, чтобы облегчиться.
Мне бы следовало сделать ему замечание, и сказать ему, что так поступать по отношению к людям нельзя, но решила пока "не метать бисер перед свиньями", и перенести обсуждение его методов на другое время и в другое место.
Шента спрашивает:
-Тебе достать косячок?
-Чего?
-Блин, Альфа, лови момент, пока ты еще Носитель, и можешь кайфовать от наркоты. А то пройдешь свое Предназначение, и ту-ту... твой поезд ушел. Да ты че так смотришь на меня? Ты что не знала, что на Родичей ничего, кроме алкоголя не действует?
-Во-первых, я не задавалась подобным вопросом. А, во-вторых, никогда раньше не курила травку.
-Парни, вы такое видели? Это ж кого к нам занесло? Арин, я же тебе документы для колледжа справлял. Ты его вообще закончила?
-Конечно, да.
-Как же ты умудрилась проучиться в колледже и не попробовать наркоту? Да это же все равно, что выпуститься из него девственницей.
-Ха, в точку.
Все три пары глаз уставились на меня в недоумении...
Ну и пусть себе пялятся. А я не считаю, что этот факт моей биографии может быть отнесен к разряду моих недостатков. Не удивительно, что ни одна из насаждаемых ими религий, не несет в себе хоть какие-то нравственно-этические нормы и гуманистические идеи. Все дело в том, что те, кто придумывают эти самые религии, ими не страдают...
Хм, может, и правда стоит попробовать... Кому от этого будет хуже? Здесь со мной - Сева, и он не позволит, чтобы эта моя проба имела для меня какие-то дурные последствия. Или позволит? Не-е-е.... Никогда... Ни за что... Дура самоуверенная... Ага, вся в брата...
-Шента, бегом, пока я не передумала.
Влад срывается из-за стола с громким возгласом:
-Вот это я понимаю - наш человек.
Да, Сева был прав, когда говорил, что я все равно поддамся общему эмоциональному настрою. Чем же еще объяснить себе мое согласие на то, чтобы попробовать наркотики, к которым меня никогда раньше не тянуло.
Адам протягивает мне стакан с виски:
-Еще?
-А почему нет? Я уже, сдается мне, на все готова.
-На все?
Сева резко осаждает своего Родича:
-Адам.
Тот, на кого только что гаркнул мой брат, поднимает в извиняющемся жесте свои руки, и говорит:
-Уже и пошутить нельзя.
Шента нарисовывается так быстро, что я не успеваю поднести к своим губам стакан:
-Вот, Арина, держи...
Я смотрю на то, что он мне протягивает, и спрашиваю:
-И что с этим надо делать?
Адам пересаживается ко мне:
-Смотри и учись.
Мой брат делает ему непонятное для меня предупреждение:
-Только без паровозика, понял?
-Сева, да один только разок.
-Я когда-то что-то повторяю?...
...Выключаю душ, медленно ступаю на пол, и начинаю вытираться. Слышу за дверью Адама:
-Арина, ты уже оделась?
Снимаю с крючка свой халат, натягиваю его на себя, и отвечаю настолько громко, насколько мне позволяет моя непрекращающаяся головная боль:
-Да.
Мой непрошенный помощник заходит в ванную, и берет меня на руки.
-Адам, зря напрягаешься - денег у меня на то, чтобы отплатить тебе за твои старания, все равно нет.
-Могу взять натурой.
Я безвольно кладу ему на плечо свою голову, и тихо говорю:
-Только не говори мне, что ты страдаешь некрофилией.
Он опускает меня на диван, и нежно то ли просит, то ли обещает:
-Ариночка, потерпи еще чуток, сейчас тебе станет легче.
И почему он так добр ко мне? Может, помогая мне, он пытается повысить свой кредит доверия у Севы? Не знаю...
-Вот это надо съесть полностью.
Я смотрю на содержимое тарелки, и начинаю хныкать:
-И не проси даже - меня опять вывернет наизнанку, если я проглочу хоть одну ложку этой гадости.
-Это - не гадость, а лучшее для таких случаев, лекарство. Не упрямься.
Моя голова медленно мотается из стороны в сторону, не давая руке Адама запихнуть в меня это "лекарство".
-Арина, открой рот, быстро.
Фу, какой грубиян!!! Я кривлю свои губы, но при этом все-таки размыкаю их, чтобы открыть ему доступ в свой рот. Еще какое-то время не решаюсь проглотить суп, страшась непредсказуемой реакции моего желудка. Адам делает мне замечание:
-Может, хватит полоскать супом рот? Он не для этого предназначен.
