Дорогой дневник, я вот о чем подумала... быть может, мой брат сделал это специально, чтобы не дать возможность никому другому использовать право вызова, и, быть может, он поддался Найту? Хм, во втором "быть может" я как раз уверена, и не потому, что не считаю Найта сильным, и не потому, что умаляю его физические данные (он ненамного, но выше Адама, он - ненамного, но шире в плечах Вилена, он - ненамного, но мощнее моего папы... причем его мощь скорее поджарая и жилистая, чем "объемная"), а потому, что знаю не понаслышке то, на что способен мой брат. Сева... он - непобедимая машина, вот он кто. И Рэд мне рассказывал, что поборол моего брата по чистой случайности, воспользовавшись его мгновенным замешательством, и что, в противном случае, победы ему было не видать, как собственных ушей.
На этом, дорогой дневник, я заканчиваю эту "запись" и прощаюсь с тобой на неопределенное время"
... Под моим халатом - мамин свадебный подарок.
Я, когда его увидела, то чуть в обморок не упала от смущения: "Мама, это же не ткань - а почти прозрачная паутинка. А длину ты сама выбирала? Мы же с тобой одного роста, и ты не могла не заметить, что эта ночная рубашка с трудом прикроет мою попу!" Моя мамочка рассмеялась, и ответила: "Дареному коню в зубы не смотрят. Пообещай, что наденешь ее сегодня". Я делано недовольно буркнула: "Хорошо, но и ты пообещай мне, что примешь свою дочь обратно, если ее муж вдруг решит с ней развестись из-за того, что на ней надето это".
Я выхожу из ванной и закрываю за собой дверь. Ой, Найт уже в комнате. Он внимательно смотрит на мое лицо, и спокойно предлагает: "Бэби, одно твое слово, и я выйду отсюда. Если ты, по какой-то причине, не готова, или не хочешь..." Моя голова качается из стороны в сторону:
-Нет, Найт, нет, дело не в этом. Моя готовность и мое желание тут не причем.
Он медленно подходит ко мне:
"А что причем?"
Мои пальцы начинают теребить пуговицу на рубашке Найта, мои глаза опускаются для того, чтобы следить за этим тереблением, а мои слова начинают выскакивать из меня, заглатывая друг друга:
-Я боюсь... Боюсь сделать что-то не так, боюсь показаться тебе неопытной и неумелой... У меня за пять лет была только одна случайная интимная связь с абсолютно незнакомым мне мужчиной... Все произошло очень быстро. Ах да, я же никогда не упоминала тебе об этом. Прости. Так вот, теперь ты знаешь о том, что я натворила, и в своем праве со мной развестись прямо сейчас. Это была только моя вина. Я не знаю, как это тогда получилось, и почему я на это решилась. Я даже не видела лица того мужчины, и я даже не представляю, знает ли он о том, с кем был тогда. В общем, мне ужасно стыдно за тот свой поступок. Но речь сейчас не об этом, а о том, что я не знаю, что и как, и что я боюсь, что тебе не понравится... ой, или речь все-таки об этом? ...
Найт поднимает к себе мое лицо, чтобы я увидела его слова:
"Ты такая потешная в своем смятении"
Мой тон непроизвольно становится таким, каким бывает лишь у маленьких капризных девочек:
-И ничего я не смешная, а, если тебя это так веселит, то...
Муж не дает мне договорить. Его губы берут в плен мой рот, и делают с ним все, что им заблагорассудиться. Его губы - не единственные действующие лица этого пленения, его язык вторит им с не меньшей силой и упорством. Найт слышит мой возбужденный стон, и отрывается от меня с тем, чтобы взять меня на руки и отнести на кровать. Мое лицо прячется у него на груди, и не хочет отстраняться от нее даже тогда, когда мое тело уже ощущает под собой мягкость нашей постели. Найт тихонько посмеивается, и перемещается так, чтобы моим глазам было некуда спрятаться от его взгляда:
"Бэби, баш на баш - вчера я надевал на тебя халат, а сегодня я его с тебя сниму"
Не успеваю мысленно сформулировать то, что мне надо сказать по поводу равноценности его "снять-надеть", как Найт ловко и быстро снимает с меня халат сразу после своих слов. И вот уже на мне остается только мамин подарок.
Найт ложится рядом со мной, (он что, не собирается раздеваться?) и "бродит" своим бесцеремонным взглядом по моему телу. Мне надо срочно скрыть свою неловкость:
-Э-э, ну как, нравится?
Он перемещает свои губы в поле моего зрения:
"Безумно".
-Это - подарок моей тети.
Он оторопело смотрит мне в глаза, издает пару нервных смешков, и "говорит":
"Я когда-то научусь понимать твои шутки?"
-Да я не шучу, это - действительно подарок.
"Нет, Бэби, это ты - подарок"
-Вообще-то, меня так еще никто не называл.
А и правда, кем я только не была в своей жизни, но вот подарком - никогда, потому что, я - далеко не подарок. И это - совершенно объективно.
Найт выдвигает свое предположение:
"Теперь я почти уверен в том, что вчера ты имела в виду блины".
Вчера? Блины? Он о чем?
"Вчера я сказал тебе о том, что ты невероятно вкусно пахнешь, и что я изголодался по тебе. А ты просила меня подождать. Так вот, я говорил о тебе, а ты - о блинах"
Точно, получается, что мы с ним вчера общались "на разных языках" - каждый о своем.