– Он, батюшка. Осерчал на что-то. А я ведь ему и молочка кажный вечер оставляю, и первый ломоть от хлебушка свежего жалую. Ты б задобрил его, – хозяйка присела напротив ведьмаря и словно невзначай вывалила на скобленую столешницу пышные груди. – Я ведь женщина одинокая, помочь некому. Да и кто лучше тебя справится в таком деле? – ткань плотно обтянула внушительные формы. Немира едва удержалась, чтоб не сплюнуть.
– Задобрим, – пообещал Войтех и припал губами к глиняному краешку кружки. Вдруг его лицо покраснело, очи выпучились.
– Что такое? – испугалась постояличиха. А в следующий миг изо рта ведьмаря посыпался град брызг, большая часть коих оросила хозяйку.
– Прости, не хотел я, – вскочил с места Войтех. Немира захохотала, за что получила еще один укол гневным взглядом. Притихла.
– Все добре, – отмахнулась женщина и утерла лик передником. – Что-то с брагой?
И, прежде чем Войтех успел ответить, сама отпила из кружки гостя. Скривилась и выплюнула в кадку.
– Мерзость какая! Скисла! А ведь еще вечером – я пробовала – диво, а не бражка была.
Расстроенная хозяйка поднялась с лавки.
– Ничего, все поправим, – обнадежил ведьмарь.
– Только, – спохватилась постояличиха, – ведаю я, что твои услуги дорого стоят…
– За свои услуги я беру столько, сколько человек может заплатить, не больше, не меньше.
Женщина еще ослабила тесьму. Немира сызнова напряглась. Но ведьмарь, словно не приметив зазывного жеста, продолжил:
– С тебя и гостеприимства достанет.
– Правда? Ой, как добре! Ну, так я пойду тогда лазню растоплю? Вы, поди, помыться желаете?
– А что, если угорим? – буркнула Немира.
– Не страшись, милка, там лазник правит, домового и на порог не пустит. Но если все ж убоишься, так я тебе в кадку воды натаскаю. Прямо тут у печи помоешься. А тебя, ведьмарь, я сама в лазне выпарю. У меня ведаешь, какие веники? Вся округа завидует!
– Нет, я с ним! – быстро проговорила Немира.
– С ним? – насторожилась хозяйка. – Да где ж это видано, чтоб взрослый мужик разом с девкой в одной лазне мылся?
Немира всего на миг представила то, о чем сказала раньше, чем подумала, и проблеяла отступную:
– Я-я-я…
Нынче ее лику могла бы позавидовать самая спелая рябина.
– Она не то имела в виду, – пришел на выручку ведьмарь.
– Да, я имела в виду, что тоже в лазне мыться стану, одна, конечно, – краска проступила еще гуще. Немира украдкой глянула на спутника. Тот едва приметно усмехался.
– Ну, тогда я пойду затоплю. Ты готовься, девонька. Первой пойдешь. Да гляди, болей не ешь.
– Обидела тебя, да? – В сердце появилось запоздалое сожаление.
– Да не, просто сомлеть можешь, – хозяйка подмигнула Войтеху, и зародившееся было чувство вины в Немире бесследно растворилось.
Рабочий и корчмарь мели глиняные осколки, соскребали с пола нечистоты. Их брань долетала до опочивален на втором этаже. Но больше всего хозяин был зол на вышибал-предателей. Поди теперь, сыщи новых охранителей. Хотя еще болей он опасался, что после случившегося к нему не сильно-то и заглядывать станут. Мужик остановился, потер лысину и заметил, что один из посетителей так и не покинул корчмы.
– Эй, ты! Сказано же – сегодня болей не работаем, – растолковал хозяин, но спина засидевшегося не шевельнулась. – Уснул, что ли?
Корчмарь отставил метлу и засеменил к посетителю, порадовавшись, что нашелся тот, на ком можно выместить злобу.
– Глухой? Или не ясно сказано? Закрыто! – Толстенькие пальцы легли на плечо, оказавшееся на диво хрупким, точно у ребенка, и развернули гостя.
– Етить твою кочерыжку! Что за ведьмовство?! – ахнул хозяин и в ужасе отшатнулся. Зацепился за выступ в полу, потерял равновесие и упал. Посетитель глядел остекленевшим взглядом, растянув рот в ужасающей посмертной улыбке. Кожа на его лике съежилась и плотно обтягивала каждую косточку, будто Род ее сразу на череп нахлобучил, запамятовав о мясе.
– Что это с ним? – дрогнувшим голосом спросил рабочий, прячась за перевернутый в пылу борьбы стол.
Корчмарь поскорее поднялся на ноги:
– Кто ж его ведает? Мыслю, что это сделала та старуха в лохмах. Ведьма!
– Кажись, он был с теми головорезами, что Дубину с Кувалдой увели, – с отвращением вглядывался в мумию работник.
– Верно, – согласился хозяин, раздумывая над тем, как теперича от этого постояльца избавиться и не перекинулась ли на него самого черная ворожба. Видать, придется к княжьему чародею за помощью обращаться. Корчмарь поморщился – немало денег отвалить придется, уж больно высоки ведьмовские услуги. Разве что Рыжая ласками расплатится… Впрочем, была в этом и приятная сторона – по всему выходит, добром это предательство для бывших вышибал не закончится. Рано или поздно ведьма и на них свой взор обратит. Стоило корчмарю представить высушенных Дубину и Кувалду, как на душе малость посветлело.
– Эй, Рыжая, спускайся, дело есть!
