Инна была очень романтичной особой, любила читать стихи, да и сама писала под настроение. Она была вхожа в небольшой любительский клуб под названием «Литературные подмостки». Название было громким, а за ним стояло около двадцати доморощенных писак со скромным ежемесячным взносом в три тысячи рублей. На такую сумму не разгуляешься, и поэтому собрания проводили раз в неделю на квартире у Льва Цукерберга, который и был председателем их скромной организации. На скромные взносы покупали лёгкие закуски и под ненавязчивую музыку декламировали свои незатейливые произведения. И даже умудрились собрать небольшой сборник стихов и издать его за свой счёт небольшим тиражом и раздарить своим знакомым и родственникам.
В очередное собрание у них появился новенький с очень простой фамилией Иванов и именем Борис. Представил его Лев и сообщил, что это новый член их сплочённой команды. Под жидкие аплодисменты новенького попросили прочитать что-то из им написанного. Он начал очень робко с дрожащим голосом, потом голос его заметно окреп, прошло стеснение, и все присутствующие услышали очень красивое стихотворение о любви. Когда чтец закончил, воцарилась гробовая тишина, а потом Инночка первая громко захлопала, остальные подхватили. Потом ещё были прочитаны стихи другими членами общества, но никто не смог затмить новичка. Затем, как обычно, был скромный фуршет, все разбились на небольшие группы по интересам и стали в пол голоса обсуждать каждый своё. Только Борис стоял в сторонке и ни к кому не присоединялся.
Инна, Лев и еще пару поэтом обсудили последние новости ненавистного шоу бизнеса, затем перешли к последним театральным новостям. Стали обсуждать новую сенсацию, выступление безголосой певички на подмостках прославленного театра. Что в наше время оголтелого капитализма не сделаешь, лишь бы словить побольше хайпу и привлечь зажравшегося потребителя в театр. Проговорив чуть более получаса, Инна заметила, что новенький так и стоит в гордом одиночестве. Инна оставила своих наговорившихся собеседников и подошла к Борису, спросила, что он думает о последней новости, взбудоражившей общественность. Он ответил, что спрос рождает предложение, но его мнение таково, что не место бездарностям на сцене.
Инночка посмотрела на часы и сказала всем присутствующим, что ей пора домой кормить и выгуливать свою любимую собачку. Она засобиралась на выход, тут к ней подошёл Борис с предложением проводить её до дому. Она согласилась, благо живёт неподалёку, в двадцати минутах ходьбы умеренным шагом. Они вышли, на небе уже появились звёздочки, и это зрелище наводило на романтические мысли и думы. Борис оказался очень романтичным, что особенно нравилось Инночке, а не скучным занудой, как большинство в их поэтическом обществе. Он посмотрел на звёздное небо, а затем стал читать очень красивое стихотворение о звёздном небе и одинокой женщине, которое смотрит в ночное небо и представляет своего, существующего только в её воображении, любимого человека.
Инна была в восторге от услышанного и попросила прочитать что-нибудь ещё. Из уст Бориса опять полились великолепные строчки о любви, такие искренние и трогательные, что Инночка отвернулась и смахнула пару слезинок со своих красивых карих глаз. А затем Борис опять начал читать, а она слушала, затаив дыхание, да так, что они уже прошли её дом и поравнялись с соседним. Тут Инна спохватилась, взяла за руку Бориса и сказала, что им нужно вернуться, так как его стихи такие замечательные, что она даже прошла мимо своего дома. Они через три минуты уже были у подъезда, в котором жила Инна, они на прощание пожали друг другу руку и обменялись телефонами.
На следующий день Инночку подмывало позвонить Борису, но какая-то внутренняя женская гордость не давала ей этого сделать, а еще в душе она надеялась, что Борис сам позвонит. Но он не спешил звонить, вот так в ожидании звонка прошла длинная неделя, и они вновь встретились только на своём очередном собрании. Когда Борис пришёл последним, Инна отвела взгляд в сторону, будто он ей совсем не интересен, а сердце её бешено забилось в груди. Да так застучало её сердечко, что ей показалось, что его удары разносятся по всей квартире Льва. Борис со всеми поздоровался, подошёл робко к Инне и тихо сказал почти в самое ухо, что хотел ей позвонить, но его застал врасплох грипп, которым он не болел уже много лет. А затем спросил, почему она не позвонила, а он ждал, ведь сам почти не мог говорить из-за больного горла и сильного кашля.
