На убежище, которое ранее считалось надежным, надвигалась неминуемая опасность. В результате молодому юноше с щенком пришлось покинуть родные стены и отправиться на поиски нового безопасного дома. Но где его найти, если рядом бродят кровожадные мертвецы, а в густых лесах живут монстры?Пробираясь сквозь пучину безумия, парень попадает в опасную передрягу и не видит выхода из ситуации. Однако его спасает военный, который соглашается взять ответственность за пса и его хозяина. Он доблестно защищает ребят, помогая преодолеть трудности. Но все складывается не лучшим образом.В попытках угнаться за равным счетом «спасений» двое не замечают, как попадают в гниющие лапы мертвецов.
— Флора! — прозвучал радостный детский голос мальчика, доносящийся с речки. — Тут рыбки! — добавил тот, улыбаясь и размахивая маленькой ладошкой.
— Где? — с восторгом выкрикнула сестра и побежала к брату, ловко перебирая ногами по воде, разбрасывая прохладные капли во все стороны.
— Ну вот, спугнула. — с грустью проронил мальчик, а затем улыбнулся, словно огорчения и не было. Мальчуган приобнял белокурую девочку за плечо и добавил. — Ты их еще увидишь, но в следующий раз постарайся не шуметь.
— Хорошо. — коротко бросила та, улыбаясь ангельской улыбкой. — Нам нужно идти! — в ее голосе появилось беспокойство, но оно не было чрезмерным. — Мама и папа будут волноваться. Мы, итак, убежали без предупреждения.
Эти дети оказались слишком смелыми для того, чтобы предупредить родителей. В этот день они не просто ушли, а смогли выбраться за пределы забора. Выходить наружу было строго запрещено, ведь он считался защитой от опасного мира. Но дети решили пропустить наставления мимо ушей. Речка находилась совсем недалеко от лагеря и на первый взгляд не представляла угрозы.
Ребята не впервые убегали из лагеря. У них даже было свое место, скрытое от посторонних глаз. Путь на волю лежал через узкий забор в стене, где за деревянными домами стояли пышные кусты, способные спрятать даже самое крупное существо. Родители были слишком заняты строительством нового убежища и не замечали их исчезновения в большинстве случаев.
— Ричи! Кто последний, тот дурак! — неожиданно вскрикнула девочка, показав язык и повертев пальцами возле лица.
Красавица сорвалась с места и ринулась наутек. Вместе с ней на поляну ворвался ветер с нотками пороха, но дети не придали этому значения. Пряди золотистых волос взмыли в воздух и тотчас разлетаясь в разные стороны, а подол зеленого платья подпрыгивал в такт движениям, оголяя хрупкие икры. Мальчик побежал вслед за ней, но та успела миновать поляну с цветами и спуститься с холма раньше, чем ее догнали. Флора всегда дурачилась с братом, а тот позволял девочке выигрывать.
Оказавшись внизу, сестра спряталась за одним из широких дубов, не издавая ни звука. Она замерла, а Ричи напрягся телом, заметив, что ее глаза наполнились страхом. Брат понял, что Флора что-то увидела, поспешил к ней и коснулся дрожащего плеча. Сначала реакции не последовало, но, потормошив девочку, он все же дождался отклика. Она повернулась с тем же испуганным взглядом и, подняв указательный палец, направила его в сторону дороги к лагерю и единственного моста.
По дороге шли бандиты. Они подступали скрытно, но часть из них все-же была заметна. Дети насчитали пару десятков, с учетом того, что по другую сторону могло быть еще несколько человек. Гул машины разлился как гром среди ясного неба, и огромный внедорожник выскочил буквально из неоткуда. Он летел прямо к мосту, поднимая клубы пыли и навивая сильнейшую панику. Впереди него виднелись ворота в лагерь, а водитель явно не собирался останавливаться.
Ричи торжественно улыбнулся, примитив первые крики, доносящиеся из лагеря. Люди заметили угрозу и были готовы сражаться, несмотря на столь внезапную атаку. Однако нападающие знали толк в вооружении и вели себя слишком устрашающе.
На полураздетых телах мужчин и женщин виднелись глубокие раны, наводящие негодование и отвращение. Лоб одного из бандитов украшал четкий крест, разрезанный острым ножом. Это было понятно по крови, омывающей бледное лицо. Она текла неравномерно и, огибая переносицу, пробиралась к губам, растянутым в безумную улыбку. На щеках кровь была засохшей и больше напоминала капли.
— Это они себя перед нападением порезали? — подумала девчонка, но не произнесла мысль вслух.
Разглядывая незнакомца, мальчик округлил глаза от непонимания происходящего. На груди высокого темноволосого брюнета царапин оказалось настолько много, что кожи практически не было видно. Они уходили в глубину на несколько миллиметров, оголяя мышцы и сухожилия. Соски отсутствовали или просто прятались за струйками красной жидкости, насквозь пропитавшей марлю, висящую в области паха. Сквозь окровавленную ткань присутствие гениталий не распознавалось. Возможно, их вовсе не было, или они были такими же порезанными и растерзанными, словно кусок мяса. Количество крови на теле не вязалось с тем фактом, что мужчина до сих пор стоит на ногах. Он должен был умереть, причем довольно давно.
На «гостях» не было обуви и каких-то других признаков одежды. Их бедра обматывали неряшливые обрывки ткани, а тела покрывались грязью или сажей. Они выглядели словно дикари или трупы, только что вставшие из могилы. Для ребенка столь страшная картина сулила психологическую травму или, как минимум, шок.
— Не бойся! Взрослые справятся! — мальчик пытался подбодрить сестру и себя самого, но вскоре усомнился в своих словах.
