Немой официант полностью

ГАС. Да, но что бы они без нас-то делали? Все эти меню спускались бы, а наверх ничего бы не шло. Да, так, наверное, всегда и было. (Бен чистит пиджак.) А что будет, когда мы уйдем? (Бен надевает пиджак.) Иного они не наработают. (Поднос опускается. Они поворачиваются. Гас подходит к лифту и достает записку. Читает.) «Макарони Пастицио». «Ормита Макароунада».

БЕН. Это что такое?

ГАС. «Макарони Пастицио». «Ормита Макароунада».

БЕН. Греческие блюда.

ГАС. Нет.

БЕН. Точно.

ГАС. Блюда высшей категории.

БЕН. Давай быстро, а то уйдет.

Гас ставит тарелку на поднос.

ГАС (кричит лифту). Три «Маквити энд Прайс»! Один «Лайонз Рэд Лейбл»! Один хрустящий картофель «Смит»! Один вклер! Один раз фрукты и орехи!

БЕН. Шоколад «Кэдбериз».

ГАС (Вверх, лифту). «Кэдбериз»!

БЕН (держа пакет молока). И молоко.

ГАС (вверх, лифту). И молоко! Полпакета! (Смотрит на наклейку.) «Икспресс Двари»! (Ставит молоко на поднос. Поднос поднимается.) Ну, поехал!

БЕН. Не надо так орать.

ГАС. Почему не надо?

БЕН. Потому что еще не наладили. (Идет к двери.) Но со временем, думаю, наладим.

ГАС. Думаешь, да?

БЕН. Одевайся. Теперь в любую минуту могут.

Гас надевает жилет. Бен ложится и смотрит в потолок.

ГАС. Ну и место! Ни тебе чая, ни печенья.

БЕН. От еды и разлениться недолго. А ты ведь стал лентяем, акаешь об атом? Но ты ведь не хочешь в тираж?

ГАС. Куда не хочу?

БЕН. В тираж, парень, в тираж.

ГАС. Что — в тираж?

БЕН. Ты пушку проверил? Даже пушку не проверил — позор! Ты хоть когда-нибудь её протирал?

Гас вытирает револьвер о простынь. Бен достает из кармана зеркальце и поправляет галстук.

ГАС. Интересно, где у них повар. Чтобы управляться тут, нужен был повар — и не один. Может, у них и плит было несколько? О! А вдруг в коридоре есть ещё кухня?

БЕН. Конечно, есть. Знаешь, что надо, чтобы приготовить «Ормита Макароунада»?

ГАС. Нет. А что?

БЕН. «Ормита»! Пошевели-ка мозгами, а?

ГАС. Нужно несколько поваров, да? (Кладет револьвер в кобуру.) И всё же, чем раньше мы отсюда уберемся — тем лучше. (Надевает пиджак.) Почему нет сигнала? Я будто уже сто лет здесь торчу. (Вынимает из кобуры револьвер — хочет проверить патроны.) Мы же никогда его не подводили, да? Никогда ведь не подводили. Мне это только недавно стукнуло, а, Бен? На нас же можно положиться, правда? (Кладет револьвер в кобуру.) И все же, когда это все кончится — буду только счастлив. (Чистит пиджак.) Надеюсь, хоть тип сегодня попадется спокойный или вроде того. А то мне что-то не по себе, башка раскалывается.

Молчание. Поднос опускается. Бен подпрыгивает. Гас собирает записки. Читает.

ГАС. Почка бамбука. Цыпленок с водяными каштанами. Один «Чар Сиу» с побегами фасоли.

БЕН. С побегами фасоли?

ГАС. Да.

БЕН. Иди ты.

ГАС. Даже не знаешь, с чего и начать. (Смотрит на поднос — там пачка чая. Он её берет.) Чай прислали обратно.

БЕН (с беспокойством). Почему это?

ГАС. Может, сейчас не время для чая.

Поднос поднимается. Молчание.

БЕН (бросает чай на кровать и говорит упрямо). Послушай, лучше бы нам им сказать.

ГАС. Что сказать?

БЕН. Что не посылаем, потому что нет.

ГАС. Правильно.

БЕН. Дай карандаш. Напишем им записку.

Гас поворачивается за карандашом и вдруг обнаруживает телефонную трубку, которая свисает справа от лифта, рядом с его кроватью.

ГАС. Что это?

БЕН. Что — это?

ГАС. Это.

БЕН (всматриваясь). Это? Это телефонная трубка.

ГАС. И сколько она здесь висит?

БЕН. Вот она, наша работа. Вместо того, чтобы орать, надо было в нее.

ГАС. Странно — никогда ведь её тут не видел раньше.

БЕН. Ну, давай.

ГАС. Что давать?

БЕН. Видишь? Это свисток.

ГАС. Это?

БЕН. Да. Давай. Вынь его. (Гас делает, что ему говорят.) Вот так.

ГАС. А что теперь?

БЕН. Дуй в него

ГАС. Дуть?

БЕН. Когда дуешь — он свистит. И тогда им понятно, что будут говорить. Свисти.

Гас свистит. Тишина.

ГАС (держит трубку у рта). Ничего же не слышно.

БЕН. Да говори же! Говори в нее.

Гае смотрит на Бена, затем говорит в трубку.

ГАС. У нас в кладовке пусто!