Немой Онегин. Части 18 - 23 полностью

«Делайте лёгкие скоки» — это, что ли, аниматоры в захолустном детском саду репетируют утренник? Нет, в либретто указано: «Маскарадный бал у богатого сановника. Большая зала. Юноши и девушки в маскарадных костюмах танцуют контрданс. На хорах поют певчие».

Дело происходит в Питере, в столице Империи. На балу молодые аристократы — те самые, которые по-русски ни в зуб ногой. Какие, к чёрту, чоботы? Хор (крепостных?), может быть, других песен не знает. Однако на балах, кажется, танцевали под музыку, а не под «народные» песни. Но если танцуешь молча — это балет. В опере — пой!

Перефразируя Чехова, можно мечтательно сказать: в театре всё должно быть прекрасно — и слова, и музыка, и голоса, и... Но, увы, опера высокомерно утверждает: «Текст значения не имеет». Ладно. Согласимся. Разойдёмся полюбовно.

Насчёт либретто «Пиковой» у нас тоже нашёлся союзник — композитор, участник знаменитой постановки в Париже, которую запретила Москва. И не накануне премьеры (что иногда случается), а до начала репетиций.

«Пиковая дама» Чайковского гениальна в психологической достоверности характеров. Здесь всё правда — кроме элементов «внешнего реализма».

Что же относится здесь к внешнему реализму и не имеет отношения к правде? Это — толпа:

1) Толпа фальшиво-нейтральная (хор гуляющих: няньки, дети, гувернантки и прочие необязательные персонажи).

2) Толпа фальшиво-заинтересованная (девичий хор в комнате Лизы, хор напуганных грозой посетителей Летнего сада).

3) Толпа фальшиво-фальшивая (бальные гости, хор пастухов и пастушек в пасторали).

В третьем случае — интермедия «Искренность пастушки» — музыка восхитительна. Однако эта пастораль вовсе не нужна опере. Она, скорее всего, выполняет традиционную функцию балетного дивертисмента, не более. В лучшем случае это оттеняющее драму идиллическое пятно, лишенное не только драматургической, но и сюжетной мотивировки.

Шнитке. О постановке «Пиковой дамы»

Но вот самая страшная сцена — гроб!

ГЕРМАН. Вот катафалк, вот гроб... И в гробе том старуха без движенья, без дыханья. (Видимо, хорошие бубновые старухи в гробах шевелятся и дышат. — А.М.) Какой-то силою влеком, вхожу я по ступеням чёрным! Страшно, но силы нет назад вернуться!.. На мёртвое лицо смотрю... И вдруг, насмешливо прищурившись, оно мигнуло мне!

Лицо не может мигать, не может прищуриться, и голова не может, и брюхо. Лицом нельзя дышать, и есть лицом тоже не стоит. Впрочем, в кошмарном сне случается всё что угодно. А наяву в прекрасную погоду, в самом начале оперы народные гулянья.

На весеннем солнце в Летнем саду гуляют нянюшки, гувернантки и кормилицы. Дети играют... Входят мальчики в игрушечном вооружении, изображающие солдат; впереди мальчик-командир.

ХОР МАЛЬЧИКОВ.

Мы все здесь собрались

На страх врагам российским.

Злой недруг, берегись

И с помыслом злодейским

Беги иль покорись!

Ура, ура, ура!

Отечество спасать

Нам выпало на долю,

Мы станем воевать

И недругов в неволю

Без счёта забирать!

Ура, ура, ура!

Да здравствует жена,

Премудрая царица,

Нам матерь всем она,

Сих стран императрица

И гордость и краса!

Ура, ура, ура!

ХОР НЯНЮШЕК, КОРМИЛИЦ И ГУВЕРНАНТОК

Ну, молодцы солдаты наши!

И впрямь напустят страху на врага.