Немоногамия (СИ) полностью

Майя

Сразу же после лекции я выхожу из аудитории и тороплюсь на парковку. В планах поездка к сестре. Когда я давала студентам важный материал, то от Рины пришло голосовое сообщение. Послушав его, в груди что-то болезненно защемило и задрожало. Оставшуюся часть пары я пребывала в полнейшей прострации, но свою работу выполнила если не на отлично, то на твёрдую четвёрку.

Рина встречает меня в прихожей с поникшим настроением и заплаканными глазами. Я искреннее хочу поддержать её, но пока не знаю как.

— Давид был у меня два часа назад, — шумно вздыхает сестра. – Угрожал, повышал голос. Предупреждал, что, если я не вернусь к нему, то он отберёт детей.

— Зря ты не воспользовалась диктофоном!

— Я растерялась!

— Послушай, Рин. Я не сильна в юриспруденции, но в случае подобных споров суд всегда остается на стороне матери.

Сняв туфли, прохожу в гостиную. Целую в обе щеки любимых племянников, а затем плотно прикрываю дверь и вместе с сестрой иду на кухню вести взрослые разговоры.

— Давид дал ясно понять, что сделает всё возможное и невозможное, чтобы меня подставить. Я либо отправлюсь в тюрьму, либо в психушку. Ему ничего не стоит так поступить. И я боюсь его, Майя. До ужаса! Мой ненаглядный муж настолько детально рассказывал о последствиях, которые меня ждут, что я опасаюсь выйти даже в магазин!

Посмотрев на часы, я снова перевожу взгляд на расстроенную Рину и подаю ей носовые платочки. Чем дольше она рассказывает, тем сильнее сжимается моё сердце. Об изменах Давида сестра знала давно, но уходить не решалась из-за нашего деспотичного отца. Именно от него мы бежали замуж. Рита упорхнула раньше, потому что была на два года старше. Меня же Ян забрал из родительского дома в восемнадцать лет.

— Я что-нибудь придумаю, Рин, — уверенно заявляю. – Поговорю с Яном и попрошу его о помощи.

Сестра подходит к окну и отодвигает штору. Улыбается одними губами.

— Если бы не отец — я бы ни за что в жизни не вышла замуж. Жила бы в своё удовольствие. Кто же знал, что, связавшись с Давидом, я осяду дома, потому что он запретит мне и учиться, и работать?

— Никто не знал!

— Ты молодец, что получила образование, устроилась на работу и даже защитила кандидатскую. Студенты тебя обожают, а начальство не может нарадоваться. Да и с мужем тебе повезло. Уверена, Ян не поступил бы с тобой плохо.

Я вовремя прикусываю язык, чтобы не ответить Рине, как же сильно она заблуждается! Поступил бы. И даже хуже. Наши отношения с Яном давно держатся на волоске, но набраться смелости и оборвать их я никак не решаюсь.

— Да, мне повезло, — отвечаю сестре и тут же отвожу взгляд, чтобы не расстраивать. Мало Рине своих проблем? – Вы пока запритесь на все замки, никуда не выходите и никого не пускайте в квартиру.

— Договорились.

Домой я приезжаю в десятом часу вечера вдоволь наигравшись с племянниками и поужинав. Падая с ног от усталости и мечтая поскорее принять освежающий душ. Меньше всего на свете я жду того, что Ян окажется дома, но, к моему удивлению, в окнах горит свет, а автомобиль мужа занимает место под навесом.

Припарковавшись рядом, я выхожу на улицу и содрогаюсь от пронизывающего ветра. Буквально вчера ярко светило и грело солнце, а уже сегодня погода переменилась и, помимо того, что весь день лил дождь, столбик термометра сошёл с ума и стремительно пополз вниз.

— Я дома! – громко выкрикиваю, бросая на тумбу в прихожей ключи и сумку.

Сняв плащ и туфли, направляюсь на кухню и открываю холодильник. После загруженного рабочего дня и разговора с сестрой начинает ломить виски. Понятия не имею, что можно предпринять, если Ян мне откажет. Он может. Не обязан больше помогать.

Присосавшись губами к горлышку бутылки, я жадно пью воду без газа. В этот же момент в дверном проёме появляется муж. В свободных штанах цвета хаки и обтягивающей чёрной футболке. В правой руке он сжимает бокал виски. Последние недели Каминский находился в командировке. Я не скучала. Он, должно быть, тоже. Судя по редким звонкам и сообщениям.

— Привет, — здоровается Ян. – Ты сегодня поздно.

— Как будто ты знаешь в котором часу я обычно приезжаю домой.

Каминский пожимает плечами и проходит по кухне. Ему всё равно. Он лишь лениво мажет по мне взглядом, останавливается напротив и делает несколько мелких глотков алкоголя. Чтобы посмотреть мужу в глаза, приходится задрать голову вверх. Разница в росте у нас составляет более тридцати пяти сантиметров!

— Ревин появился у моей сестры и до чёртиков напугал и её, и детей, — захожу с козырей. – Я могу попросить тебя о защите?

— Майя, у нас с Давидом намечается тесное сотрудничество, — качает головой Каминский.

— О, тогда понятно. Значит нет.

Отвернувшись, я открываю кран и зачем-то начинаю мыть руки. Наверное, для того, чтобы скрыть явную панику, которая острыми щупальцами сцепила горло. Рине никто не поможет. Моя мать наверняка скажет, что такому мужчине как Давид стоит простить все косяки. Она не примет дочь в своём доме! И плевать, что последнюю измену Рина видела и слышала лично, когда муж трахал любовницу в гостевой комнате.