И. Безе упоминает имя только одного учителя школы, в которой он учился, - Боос. В метрических книгах дореволюционной поры человека с такой фамилией нет. Мы попытались разыскать его в списках подворной переписи армавирцев 1928-1929 гг. Не обнаружилось Бооса и там. Не встретился этот человек нам и в материалах архива ЗАГС. Впрочем, возможно у него не было повода обращаться туда, кроме того, он мог быть квартиросъёмщиком, как и большинство немцев в Армавире, и поэтому не оказаться в подворной переписи. Возможно и то, что Боос относительно недолго прожил в Армавире. В любом случае, он не стал для нас лишней подсказкой в поисках немецкой школы.
Добавляет сомнений в том, что наш респондент говорил о школе, располагавшейся в здании бывшего молитвенного дома лютеран и то обстоятельство, что в 1931 г. она едва ли являлась общеобразовательной. Известно, что ГОРОНО в 1934 г. ходатайствовало перед горсоветом о возвращении здания, расположенного по ул. Ленина, 2, которое ранее было закреплено за школой ╧5. 26 ноября 1934 г. директор этой школы Татаринов выступил перед президиумом горсовета Армавира по этому поводу. Из справки по этому вопросу следует, что ранее (точно не известно в течение какого периода) это здание было отдано под школу комбайнёров. На текущий обсуждению момент здание ими было уже освобождено и с 26 ноября 1934 г. возвращено школе ╧5.
Таким образом, говорить о том, что в Армавире в 1920-1930-е гг. существовала немецкая школа, мы можем только предположительно, опираясь на один устный источник и косвенные сведения. В архивных материалах Армавирского окрисполкома мы не встретили ни одного документа, где какая-либо армавирская школа прямо была бы названа "немецкой", в отличие, например, от армянской.
Возможно в межвоенный период, школу продолжали по привычке называть "немецкой", но не потому, что она была такой по содержанию и языку обучения, а потому, что большинство тех, кто там учился, были немцами. И это не единичный случай именно такого способа армавирских обывателей идентифицировать школы. Например, современная МОУ СОШ ╧9 довольно долго в обиходе называлась "армянской", хотя по-существу таковой не была. Это вполне обычная школа, со стандартным учебным планом, в которой обучалось и обучается довольно много армян. Это объясняется тем, что близлежащие кварталы (и их довольно много) исторически заселялись, и до сих пор во множестве населены, представителями этой этнокультурной группы. Им просто удобнее было отдавать своих детей на обучение именно в 9-ю школу.
Такая же точно ситуация, очевидно, сложилась и вокруг школы ╧10 (не путать с современной школой под таким же номером). Она располагалась возле железной дороги, как раз между северным и южным "немецкими" районами. Это нам известно из материалов архива КТИ и составленных на их основе карт, а также почти прямо звучит в самой выписке из протокола заседания армавирской городской Думы от 12 января 1920 г.
В 1920-е гг. молодое советское государство уделяло довольно большое внимание развитию "национальных" культур и языков, чего нельзя сказать о 1930-х гг. Причины смены настроения правящей элиты в отношении этих вопросов не входят в наши задачи. Вместе с тем, следует сказать, что свёртывание этнокультурных вариантов развития пролетарской культуры коснулись не только немцев, но носили в те годы в СССР повсеместный характер. То, как это происходило в 1930-е гг., на примере народов Северного Кавказа, мы подробно писали в некоторых других своих работах. Поэтому немцы не были здесь исключением, и информация о том, что в 1937 г. (возможно, одним или двумя годами позднее) немецкая школа, дотоле действовавшая в Армавире, была закрыта, выглядит вполне правдоподобной.
В 1920-е гг. основную группу неграмотных среди немцев повсеместно составляли подростки, которые и стали основными слушателями ликбезов. В этом ситуация мало изменилась в сравнении с концом XIX в.
Система начального школьного образования в немецких населенных пунктах Армавирского округа была быстро восстановлена. В каждой немецкой колонии существовала школа, при ней имелись участок земли до 25 десятин и фруктовый сад. Средства на открытие школ и содержание учителей получали от дополнительного "самообложения" родителей обучаемых и всего общества. Складывание системы средней школы было замедлено и затруднено по многим причинам: недостаток средств у государства и населения, искусственно созданный дефицит немецких учителей с соответствующим образованием, отсутствие учебной литературы.
В Армавирском округе, судя по отрывочным сведениям из протоколов окрисполкома, записок и служебных отчётов, дела обстояли примерно так же, как это описано абзацем выше.
