Лиль дружелюбно улыбнулась, и Пиит тут же уцепился за ее локоть, совсем как недавно Амме: семейное сходство. Он боялся всего на свете, шарахался от кустов, запинался о коряги; идти по темноте было не лучшим решением, но проведи он день в лагере, кто-то мог и снять маску.
- Ты такой смелый, - сказала Лиль, - ты хочешь прыгать попрыгушки. Так почему кустиков боишься?
- Я боюсь прыгать, - ответил Пиит, чуть шепелявя, - очень боюсь. Но я же должен переступить через себя, чтобы вырасти. Иначе не выйдет. Я допрыгаю и вывернусь наизнанку, как в сказке. Хочу человеческое лицо. Если я заплачу достаточно, я же смогу вырасти? Правильным?
Почему-то он казался ей одновременно и младше и старше, чем Данга или Умарс. В чем-то слишком взрослый, в чем-то совсем малыш. Он вдыхал лесной воздух, как будто хотел надышаться на годы вперед. При каждом шорохе норовил скукожиться так, будто в чем-то виноват. Его хотелось защищать.
Поэтому она не позволила Герке отказать.
И даже его выговор задел ее лишь по касательной. В чем-то он, конечно, был прав; но помогая Пииту, она помогала и Канги. Помогая маме Пиита, она помогала своей маме.
Но после она все равно догнала рассерженного Герку в ночном лесу. Она не чувствовала себя виноватой, но не хотелось, чтобы он считал ее виноватой. Это было странным желанием, но она слишком устала, чтобы анализировать.
Она могла бы сказать что-то вроде: "Я очень уважаю то, что ты решился на такое".
А он бы, наверное, сказал что-то вроде: "пошла к Окосу!" - ускорил бы шаг... А ему больно ускорять шаг.
Поэтому до лагеря они дошли молча. Оба - уверенные в своей правоте. Слишком уставшие, чтобы спорить. Слишком уставшие, чтобы молчание стало чем-то неловким. Вместо этого оно стало лучшим выходом. Диалогом без диалога, примирением без извинений.
Восстановлением статуса кво.
У них и раньше не было никаких отношений. И вот - их все еще ничего не связывает.
Идеальное окончание дня.
Просыпаться во второй раз во все той же берлоге было... привычно.
- Знаешь, - сказала Жаннэй философски, разглядывая склонившегося над ней Герку, - а ведь Лиль тебя потом убьет.
- Это почему? - нахмурился Герка.
- Ешь жирное и не ухаживаешь за кожей. Умывался бы хоть почаще... Эх ты. Знаешь, сколько ей потом всю эту красоту, - она вяло махнула рукой, указывая на россыпь мелких прыщиков на нежных девичьих щеках, - сводить?
Она попыталась встать, но, похоже, переоценила свои силы. Несмотря на то, что ей казалось, что сил у нее теперь предостаточно, энергия вот-вот полезет из ушей, тело слушалось ее неохотно. Она пошатнулась, и, если бы не протянутая Кимом рука, точно упала бы обратно.
- Спасибо, - рассеянно кивнула Жаннэй, - так у кого еще такой дар, Герка?
Она не без помощи Кима пошла до стеночки и к ней прислонилась. Сидеть совершенно не хотелось, хотелось бегать, прыгать и отжиматься, и сложно было убедить себя, что это всего лишь иллюзорный прилив сил.
Ким прислонился рядом: видимо, на случай, если Жаннэй опять начнет куда-нибудь заваливаться.
- У Пиита. Это племянник Амме. Амме - тот паренек, который работает в кафе у дядь Кееха. Живет в Доме Хвостатых. Амме привез его на попрыгушки, и...
- Амме - это тот официант, который нас обслуживал, верно? - Жаннэй дождалась от Герки кивка и продолжила допрос, - но что такое попрыгушки?
Она наконец высвободила свою руку и на всякий случай сунула ее в карман длинной юбки. Ким только ухмыльнулся.
Почему-то вспомнилось, что юбку Жаннэй одолжила у Юлги, специально выбирала теплую и неброскую - что было не слишком сложно, после замужества сестра вечно подбирала себе гардероб коричневых и грязно-зеленых цветов... Она и до замужества к ним тяготела, но все равно выглядела как-то... ярче, что ли.
Мысли вертелись, разбегались, Жаннэй никак не могла сосредоточиться: идет ли ей юбка? Конечно нет. Когда ей стало все равно?
Всегда так было.
А когда - не все равно?
- Инициация, - чуть замешкавшись, наконец ответил Герка, - для тех, кто не хищник. Нужен всплеск адреналина, вот мы и устраиваем... Осенние и весенние.
- И что, Хвосты допускаются? Это же... - Она чуть замялась, стараясь подобрать определение помягче, но не вышло, - инвалиды...
- Я сделал исключение. Амме сказал, что у него есть согласие Ведомства и согласие матери, и у меня не было причин отказать. Ну, кроме собственных соображений, но тогда меня... переубедили, - Герка замешкался, - Лиль переубедила. Канги... Из-за нее Лиль очень сочувствует Хвостам. А так как мальчишка застрял в половинной трансформации, была вероятность, что попрыгушки помогут. Дело во всплеске адреналина, который стимулирует... - Герка замялся, - ну, инициация на то и нужна, короче.
- И получилось?
Герка пожал плечами.
- Отпрыгал нормально, а что уж там потом было... как-то не успел узнать.
- Ясно. То есть он тебе не враг?
Она спросила об этом просто чтобы удостовериться, что Герка щеголяет сейчас в девичьем теле благодаря собственным усилиям, а не из-за хитроумной ловушки более сильного или опытного владельца такого же дара. Вероятность была маленькая, но, все-таки...
