Оставалась и еще одна проблема. Виктория. Сумасшедшая вампирша, которая жаждет убить Беллу. Жалко девчонку, столько всего на нее свалилось… Но самым верным способом ее защитить как раз и будет это треклятое обращение! Новорожденной, она сможет и сама постоять за себя, и другим помочь в случае нападения. Но Виктория — опасный соперник, у нее изощренная фантазия, дикая жажда мести, дар предчувствия опасности и полное отсутствие хоть каких-то моральных установок. Нет, рыжая пойдет до конца. И в наших интересах устранить ее, пока она не устранила никого из нас.
Проблемы, проблемы, одни проблемы…
Благо, что сдаваться я не привык, а любые задачи судьбы — решаемы. Уж в этом я точно убедился!
Будем действовать.
***
Я не понимаю, что случилось. Совсем нет никаких идей…
Элис обещала, что все Каллены вернутся в Форкс. Они и вернулись. Но что же толку, если все стало только хуже?! Визит к Вольтури и чудесное спасение от кровожадных вампиров вселили в меня надежду, что все теперь будет хорошо. Мне показалось на миг, что черная полоса в моей жизни, наконец, подошла к концу. Я наивно полагала, что вслед за месяцами боли и отчаянья, меня ждет хоть какой-то просвет. Но нет, все сложилось иначе. И, что самое отвратительное, переживать разлуку с Эдвардом оказалось тем больнее, чем ближе он был.
Когда Каллены оставили Форкс, я потеряла надежду, я думала, что мне уже не судьба больше увидеть любимого. Конечно, не смирилась, но и бороться не могла. Что мог сделать хрупкий человек в жестоком вампирском мире? Правильно, ничего…
А теперь, когда в темноте боли вдруг забрезжил рассвет, я понадеялась, что Эдвард и впрямь вернется ко мне. Что он останется рядом. Навсегда. Но этого не произошло.
Разумеется, Элис отговорила меня от того, чтобы ждать в доме Калленов, пока Эдвард будет восстанавливаться. И хотя я понимаю, что так было правильнее, я хотела обратного. Я боялась расставаться с ним даже на секунду. Как чувствовала…
Я вернулась домой, легла в постель той ночью, но сон не шел — мне было страшно закрывать глаза. Страшно уснуть, а потом проснуться и понять, что все случившееся — лишь сон, игра воображения. Но человеческое тело слабо и, окончательно вымотавшись, я просто отключилась.
Несмотря на случившиеся события, кошмары мне не снились. Наверное, я устала так, что больше просто не было сил, потому что о том, что я все-таки уснула, я узнала уже после пробуждения. Вот так… закрыла глаза ночью, а когда открыла — было уже светло. Даже не приведя себя в порядок, я бросилась к телефону и позвонила Элис, но узнала, что Эдвард придет в себя лишь грядущей ночью. Так что мне предстояло прожить еще одни сутки, терзаясь от неизвестности.
Медленно, но время шло. И, едва забрезжил очередной рассвет, а Чарли уехал в участок, я решила ехать к Калленам сама.
Каково же было мое удивление, когда Эдвард набросился на меня…
Я не видела его таким ни разу. Даже на уроке биологии, в первый день в школе Форкса, Эдвард не был так похож на тех страшных вампиров из человеческих легенд. Я увидела перед собой не любимого, а хищника, чьи глаза горели жаждой крови. И хищник этот смотрел на меня, увы, лишь с гастрономическим интересом. Клянусь, если бы не Карлайл, Джаспер и Эмметт, мне бы пришел конец! На этот раз я откуда-то знала наверняка: Эдвард не остановится. Он не видел во мне человека, личность, девушку, пусть даже и бывшую. В этот миг он действительно был монстром, способным лишь убивать.
Как я не корила себя в дальнейшем за такие мысли об Эдварде, но глазам своим я поверила — я видела то, что видела, и глупо было отрицать очевидное.
Когда его уже схватили и повели обратно в дом, перепуганная Эсми выбежала во двор и, мгновенно оценив ситуацию, даже не пытаясь скрыть своего стыда, извинилась, но настойчиво попросила меня уехать. А Элис вызвалась отвезти, так как ехать сама я, видимо, была не в состоянии. Но это была не мера предосторожности из арсенала Калленов, нет, я и сама чувствовала, что за руль мне в ближайшее время лучше не садиться. Я была ошарашена, шокирована, чувствовала приближение скорой истерики. Так что даже не сопротивлялась, а села на пассажирское сиденье и молча уставилась в окно.
Элис позвонила через несколько часов и сказала, что у Эдварда возникли проблемы. Процесс восстановления, тем более в таких случаях, не изучен, или просто что-то пошло не так, но Эдвард утратил свой самоконтроль. Ему нужно время на то, чтобы научиться вновь общаться с людьми, а уж учитывая то, как сладка для него именно моя кровь…
Да, оправдания Элис звучали убедительно и вполне логично. Да вот только сам он к телефону не подошел, что уже странно, будь он настроен ко мне так же романтично, как раньше. Кто знает, может, подумав, Эдвард пришел к выводу, что мне все же нет места в его жизни, в его сердце?
Я думала и сравнивала, пыталась рассуждать логически, отбросив эмоции, но кругом и всюду выходило, что в Эдварде было что-то не так. Раньше он повел бы себя иначе.
Не знаю, как и почему, но Эдвард изменился, он стал другим.
