Сведения о Святославе Мазурове Ксана собирала тщательно. Московской его деятельностью она не интересовалась, а скриншотов заметок в выходящей в их родном городе газете подобрала много. Писал Мазуров о коррупции, об отвратительном качестве дорожных работ, намекая на то, что выделенные на работы денежки до исполнителей не доходят. Еще писал о том, что ветхое жилье не ремонтируется, и жителей из опасных для проживания домов не переселяют. Писал о том, о чем все читатели и без него знали.
А однажды написал о том, что одиноким старикам стоит быть осмотрительными при заключении договоров с фирмами, обещающими отличный уход в обмен на недвижимость. Конкретных фактов о том, что заключившие в их городе договоры старички слишком быстро отправляются на тот свет, в заметке не было. Ссылался Мазуров на примеры из других регионов.
Через месяц после выхода заметки о стариках Мазурова избили. Сильно избили, он месяц лежал в больнице. Об этом происшествии сообщений было много, и в газетах, и в интернете. Версии строились самые разные, а сам Мазуров от расспросов уходил. А после этого перебрался в Москву.
Напрасно они вчера сразу принялись звонить журналисту. Сегодня они задали бы Мазурову много дополнительных вопросов.
Даша достала телефон, принялась тыкать в сенсорный экран.
– Мазурову?
– Угу.
Абонент не ответил, подруга положила телефон на колени.
– Мешаю я тебе…
– Не мешаешь.
Лера пыталась работать, но думала об убитой Аксинье и журналисте Мазурове.
Заиграл ее сотовый, Ванечка озабоченно спросил:
– Можешь приехать? Работенка одна намечается, поговорить нужно.
– Могу, – быстро ответила Лера.
Еще бы она не могла, если зарплата ей исправно капает.
– На работу вызывают? – поняла Даша.
– Да. Ты без меня Мазурову не звони, – предостерегла Лера.
– Почему?
– Потому что я не хочу, чтобы тебя… Не звони без меня, Даш. Как-то мне… тревожно, – попросила Лера.
Даша посмотрела на нее с робкой, жалкой благодарностью. Хотела что-то сказать, но промолчала, взяла в руку телефон, достала из кармана джинсов ключи от квартиры и ушла к себе.
Работа намечалась отличная. Повозиться придется, но, если сделать все аккуратно и грамотно, потом программное обеспечение вполне может пойти в серию. Тогда денежки станут капать регулярно при минимальных трудовых усилиях.
– Берем? – уставился на нее Ванечка.
Решение он уже принял, но ему хотелось услышать от нее подтверждение.
Счастье, что у нее такой отличный начальник.
– Берем, – кивнула Лера и осторожно поинтересовалась: – Можно я дома пока поработаю?
– Да какая мне разница! – отмахнулся Ванечка. – Работай где хочешь.
Мысленно он уже выстраивал структуру будущего программного обеспечения, и Лера ему мешала.
Сирень уже отцвела, а Лера только сейчас это заметила. Азиат-дворник косил под кустами успевшую подрасти траву, и в воздухе пахло свежестью.
Лера свернула к подъезду, распахнула дверь, подождала, когда подойдет соседка с детской коляской. Соседка была чуть постарше Миши, Лера помнила ее еще девочкой.
– Здравствуйте, – шепотом поздоровалась девушка. Нагулявшийся малыш лет полутора спал, зажав в руке пластмассового мышонка.
– Здравствуйте, – улыбнулась Лера. – Нагулялись?
– Нагулялись. – Молодая мамочка нахмурилась, грустно посмотрела на Леру. – Слышали, у нас соседку убили?
– Слышала, – кивнула Лера и взялась за низ коляски, помогая поднять ее по ступеням. – Она рядом со мной жила. Сейчас сестра ее приехала.
– Я неделю в парк ходить боялась, – призналась соседка, останавливаясь у лифта.
– Представляю.
– Я убитую не знала почти. – Подошел лифт, соседка вкатила коляску, Лера вошла следом. – Даже на детской площадке не сразу узнала.
– На какой детской площадке? – машинально спросила Лера.
– В парке. В парке отличные площадки и воздух хороший. Туда со всех наших домов детей приводят.
– Но у Ксаны не было ребенка, – удивилась Лера. – Она была на площадке одна?
– Не помню. – Молодая соседка наморщила лоб. – Кажется, она с кем-то разговаривала. На площадке много лавочек, многие просто так там сидят, без детей.
Лифт остановился. Лера улыбнулась соседке на прощанье и позвонила в Дашину дверь. Ей никто не открыл, но она не забеспокоилась.
Она забеспокоилась позже, когда Даша не появилась и вечером, а ее телефон не отвечал.
То, чем он занимался, было ребячеством, но ничего лучшего Арсений придумать не мог. Утром тайком от Леры сунул в карман ключи от дачи, а в обед, предупредив Ирину, что задержится или вовсе больше не появится, поехал за город.
Дача принадлежала Лериному деду. Несколько лет назад на месте старой развалюхи построили новый дом, в котором предполагалось собирать семью, но дом толком так и не был обжит. Лерины родители отдыхать предпочитали на заграничных курортах, Арсений с Лерой тоже, а сам Иван Яковлевич после смерти жены на даче ни разу не появился.
