По прошествии еще двух недель Город перестал изображать сонное спокойствие и выпустил откуда-то из своих недр тонкую фигуру, одетую в черную куртку, серые штаны и синюю тряпку, намотанную на голову, прячущую под собой лицо. Фигура пронеслась по Городу как метеор, походя избила четырех отпрысков высокородных семей и была на их беду поймана старшими Города в закрытой части библиотеки. Последствиями поимки стали три исчезнувших книги, выбитая воздушным кулаком дверь, порушенные полки, не желающие возвращаться на работу библиотекари и два побитых мага, один из которых три дня сращивал сломанную руку, второй почти неделю лечился от заикания и нежелания ног держать тело в вертикальном положении. Повреждения они получили из-за того, что таинственная фигура смогла отбить их пеленающие плетения. Выследить фигуру не удалось. На ее плетениях почему-то не осталось отпечатка личности, физиономию под тряпкой никто рассмотреть не смог, дракон утверждал, что все это время мирно спал и никого не видел, маячки книг почему-то перестали работать. В общем, фигуру было решено считать обиженной девушкой и Сато, скрипя зубами, приступил к поиску обидчиков среди молодых аристократов, первых попавших под раздачу. Аристократы, естественно, никаких грехов за собой не помнили, и облегчать его участь не спешили.
С Яреном по этому поводу случилась истерика, он долго хохотал, а потом отослал ученика к дракону, спросить, что бывает с людьми, пившими драконью кровь. Правда, Ярослав и до того подозревал, что Сато опять ищет не там и не тех.
Впрочем, были у явления фигуры и положительные результаты, Ярослав наконец-то нашел человека, которому больше всех мешало присутствие Тоедо Рана на рабочем месте. А всего-то нужно было задуматься над тем, почему среди пострадавших магов большинство было замечено в политике, а меньшинство среди вневедомственных советников, имеющих привычку давать толковые советы, выгодные Городу и невыгодные вороватым поставщикам продуктов. Ярослав прибавил к этим размышлениям алхимика, и подозревать стало некого, враги папаши Киого отсеялись сами собой. Зато на освобожденное место безо всяких трудностей поместился человек, которого Тоедо Ран стал бы подозревать в последнюю очередь. После этого осталось только найти доказательства для успокоения сомневающейся совести, например, уговорить Киого пообщаться с ветрами, и заставить подозреваемого добровольно во всем сознаться, например, натравить на него дракона, сдуру пообещавшего свою помощь.
— Ты уверен? — печально спросил Киого.
— Нет, — бодро солгал Ярослав. — Поэтому и прошу тебя поговорить с ветрами.
— Надеюсь, ты ошибаешься. Папе это не понравится.
— Сын, не соображающий, на каком свете он находится, ему бы понравился еще меньше. А если я прав, то приятель твоего отца на достигнутом не остановится. В следующий раз он может не изобретать сложных планов, а по-простому нанять ремесленника смерти и одним махом покончить со всеми своими проблемами.
Киого задумался. Перспектива в столь юном возрасте остаться без любящего родителя его не радовала. Перспектива огорошить родителя сообщением, что человек, проводящий в их доме по полгода, клявшийся в вечной дружбе, при выборе между прибылью и той самой дружбой отдал предпочтение прибыли — тоже.
— Ладно, — принял решение Киого не в пользу отцовского друга. — Дверь запри. Не хватало, чтобы кто-то сюда вошел.
Ярослав кивнул и послушно защелкнул замок. Немного подумал, и прибавил к замку стул, заклинив его спинкой ручку. Еще ему хотелось добавить что-то вроде сторожевого плетения, но он вовремя сообразил, что оно может привлечь не страдавших отсутствием любопытства преподавателей.
Киого хмуро наблюдал за его действиями. Он сидел в кресле, обхватив руками колени и чем-то напоминал попавшего под дождь воробья. Такой же недовольный и несчастный.
— Все, — отрапортовал Ярослав, вытянувшись перед приятелем по стойке смирно.
Киого в ответ невнятно хмыкнул.
— Можешь начинать, — добавил Ярослав.
— Да. Сейчас.
Киого выбрался из кресла, потянулся, несколько раз качнул головой и замер. Ритуальных плясок с бубном не последовало. Ураганного ветра, грома и молний — тоже. Никаких спецэфектов. Ярослав нехорошо прищурился, разочаровываться он не любил. Мягко шагнул к приятелю, заглянул ему в глаза и резко отшатнулся, едва не упав на пятую точку. Если в сплетении составляющих Киого бушевали ветра, то в глазах поселилась бесконечная пустота. Настолько бесконечная, что в ней спокойно поместятся все Ветви Разума и еще останется место на бесконечное множество неизвестных миров.
— С кем я связался? — пробормотал Ярослав.
В номинации «Самая странная личность» пока что, безусловно, лидировал Киого, даже драконы отстали. Безумно захотелось побывать в мире Шкатулка и посмотреть на настоящих шаманов. Не зря же этот мир считается настолько опасным. Возможно, маги попросту боятся связываться с населением того мира, или опасаются, что население остальных миров может стать похожим на них. Жить сразу станет веселей и интересней, причем всем без исключения. Кошмар, одним словом.
