И вот сейчас я смотрю на себя и в который раз убеждаюсь, что я… Какая я? Да никакая. Разве такую может полюбить парень? Тихую серую мышку, живущую своей жизнью, несвязанной ни с кем. Если бы я ещё была красива. Ну да. Размечталась. Банальные русые волосы, бледное лицо, потрескавшиеся губы, мелкая россыпь веснушек. На что только не могу пожаловаться, так это на фигуру. Истощённая плотным графиком работы, я никогда не набираю в весе. Хоть это хорошо. Рост тоже не фейерверк – метр шестьдесят. Ещё люблю свои зелёные глаза достаточно большого размера и длинные ресницы, но чем они могут мне помочь? Ими недостатков не скроешь. Да вообще всё чушь какая-то! Не верю я во взаимную любовь. Это только в книжках и в кино. А если в жизни у красоток что-то случается, так это только из-за того, что они красивы. Поэтому парни к ним и липнут. Какая тут любовь?
А так хочется…
Он
– Селёза, Селёза, пласнись. Катя в талет хотет, – маленький двоюродный братец нагло стаскивал с меня одеяло.
– Что?
– Скола описаеца. Катька.
Единственный выходной и опять невозможно поспать. Катя! Задушил бы. В объятиях. И не посмотрел бы, что это моя родная сестра. Сколько из-за неё я уже перемучился. Хороши они! Нет бы к маме подойти, которая, наверное, на кухне завтраком занимается. Меня сразу будить. Привыкли, что я постоянно с этой малявкой вожусь.
Я встал и посадил малышку на горшок.
– Селёза, ласказы сказку, – сестрёнка наглела на глазах.
– Ну, ещё чего! – я аккуратно потормошил ей волосы.
– А тада я не хочу пи-пи. Я пафутила, – она неумело натянула на себя штанишки, а потом вскарабкалась на стул и обняла меня, со всей силы прижимая к себе. – А я тебя лублю, – она улыбалась и повторяла эти слова. Все девчонки такие, умеют подлизаться.
– И я тебя люблю, маленькая хитрая девчонка, – улыбнулся я, снял её с себя и посадил на стул, а потом вернулся к своей любимой кровати и закутался в одеяло.
Воскресенье. Выходной. Единственный выходной. Остальные дни все загружены учёбой и рисованием. Но с тех пор, как я перешёл в эту школу, стало посвободнее и больше времени на свои интересы. А раньше ещё приходилось ездить на другой конец города к знакомому художнику, у которого я с десяти лет учился рисовать. Я бы никогда и не подумал заниматься этим, если бы не родители. Сначала в детстве я постоянно через копирку перерисовывал свои любимые книжки, а потом начал срисовывать. Родные решили, что нельзя пропадать “таланту” и отправили к своему другу-художнику. Сейчас, по-моему, я отлично рисую, особенно в графике. Живопись не очень люблю, потому что это, на мой взгляд, больше девичье занятие. Размазня, оттенки… А в графике нужна точность, строгость, сила штриха, уверенность. Вот это по мне.
Бывшая моя школа сильно отличается от новой. Ну, внешне это понятно, но и люди тут совсем другие. Там я ни с кем не мог сойтись характером. То меня считали слишком умным, то наоборот, то я тихий, то выпендриваюсь, то урод, то симпатичный. Вот и пойми их всех. А я где-то среднее между всем этим. Во всяком случае, я так думаю. Друзей у меня было немного. Пару человек. Но на жизнь хватало. Девчонки, как только познакомимся, цеплялись. Но быстро отклеивались, так как я не такой якобы крутой, как им надо. Боже, как мне надоели эти слюни. Им только любовь – лучшее в жизни. А нормальный человек и без неё человек.
В этом классе многое по-другому. Максим слишком… И курит, и пьёт, как оказалось. Ну, и Слава такой же. А вот Роман нормальный. С ним я сейчас в основном и общаюсь. Игорь – псих. Но с него можно круто посмеяться. Мне иногда жаль его. Он не понимает, что от его сальных шуточек к нему лучше относиться не станут. Саша – мальчик-одуванчик. Примерный такой, отличник.
Ну, девчонки везде одинаковые. Липнут, будто я сахар. “Новенький! Новенький!” И что с того? Жалко, что я не могу послать их, как Макс или Слава. Этим парням вообще всё равно, как к ним относятся. А я так не могу. Надо занять устойчивую позицию в классе. Да и какая-то внутренняя вежливость не позволяет поступать грубо. Подожду, осмотрюсь, а потом, может, и буду фильтровать, с кем общаться. А может, они к этому времени сами отстанут. Так даже проще было бы. Наградила же меня природа привлекательной для них внешностью. Нет бы какой-нибудь страшный шрам на щеке или нос с горбинкой. Но нет же…
Юла (Юлька наша) офигенная девушка для таких, как Макс и Слава, но как все блондинки – дура дурой. Никакого логического мышления, только накладными ресницами хлоп-хлоп. И как можно быть такой… даже не знаю, как сказать… без принципов. Она больше всех мне надоела. Вешается на шею. Ненавижу девчонок! Во всём мешают. Чтобы я когда-нибудь связался с одной из них… Да ни за что!
