Утро началось не самым лучшим образом, для меня, конечно же. Голова раскалывалась на части, а пошевелиться было самой страшной пыткой. Как будто почувствовав, но скорее услышав мои стоны, в комнату вошёл Стас. Не сказав ни словам, он подал мне стакан с какой-то мутной жидкостью. Я недоверчиво посмотрела на неё, но всё же выпила. Всё так же молча, мужчина сел на край кровати и глубоко вздохнул. Весь его вид показывал, что он обижен, и я судорожно начала вспоминать, что же произошло вчера… и лучше бы я этого не делала. Стало стыдно. Как я могла наговорить ему столько гадостей? Он мне помог: приютил, одел, накормил, а я…
Осторожно поставив стакан на тумбочку, я села в кровати, прижимая к обнажённой груди одеяло; Посмотрела на мужчину, который задумчиво разглядывал обои. Его губы были сжаты в тонкую линию, а брови нахмурены. Я сразу поняла, что он хочет что-то сказать мне, но упорно молчал, толи от нежелания обидеть, толи просто не хотел портить самому себе настроение.
— Стас, прости меня, — Чуть слышно прошептала я, но он так и остался неподвижен. Протянула руку, чтобы положить ему на плечо, но он отвернул голову — пришлось вернуть руку. — Ну, Стас, я не хотела… Просто… Просто всё так навалилось…
— Перестань оправдываться. — Неожиданно перебил он меня. Грустный взгляд стал бродить по моему лицу. Как мне хотелось провалиться сквозь землю в тот момент. — Я всё понимаю, — после минутного молчания продолжил мужчина. — Просто в следующий раз я не буду держать алкоголь в доме. — Я поморщилась. — Не криви своё прелестное личико. Я не удивлён, что всё так сложилось. Сначала наша ссора, потом они накачали тебя наркотиками, а вперемешку с алкоголем это убийственный коктейль. Тебе опять снились ночью кошмары. — Не спросил, а утвердил Стас, но я всё равно согласно кивнула, вдруг он сомневался.
— Ты простишь меня? — С надеждой спросила я.
— Я не спорю, — глубоко вздохнул мужчина, — Что твои слова задели меня, но ведь в этом и моя вина, и я это прекрасно понимаю. Как говориться — что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Будь я немного терпеливее, возможно ты бы относилась ко мне лучше, а ты теперь, возможно, и видеть меня не хочешь. В общем, если ты всё ещё хочешь, то я могу отвезти тебя к Филиппу домой.
— Нет, я не хочу ехать к Филиппу.
— Почему? — искренне удивился Стас.
— Ну, во-первых, Филиппа нет в городе, и не кому за мной присматривать. А во-вторых, я тебе доверяю и уверенна в том, что ты меня всегда поддержишь и поможешь, не смотря на то, как бы плохо мне не было. — Я улыбнулась и взяла его руку в свою, переплетая наши пальцы. — Ну, и, в-третьих, похоже, что после этого приключения, я заболела — у меня горло болит. Кто же будет так заботливо носить мне лекарства? — Я потрясла пустой стакан, в котором было средство от похмелья.
Тонкие губы собеседника растянулись в улыбку, и он притянул меня к себе за руку, которую крепко сжимал, и я тут же очутилась в тёплых объятиях.
— Бедняжка… — прошептал мужчина, поцеловав меня в макушку и уткнувшись в капну тёмных и спутанных волос. Я бы могла просидеть так целую вечность: в тишине, рядом с обнимающим меня мужчиной. Что-то плавно и медленно стало уходить от меня, образуя пустоту, но она тут же заполнялась теплом. Да уж… чего только не привидеться с похмелья.
— Прости, Стася, мне надо идти на радио. — Стас вскочил с кровати и направился к двери. Потом остановился и повернулся ко мне. — Ты поедешь со мной?
— Нет, — в знак подтверждения своих слов легла обратно, накрывшись нагретым одеялом. Голова перестала болеть, чему я была безумно рада. Закрыла глаза, но спать не стала… кошмары спать не дадут. Мне теперь вообще лучше не спать, как бы глупо с моей стороны это не было, но так будет лучше.
Сквозь лёгкую дрёму услышала закрывшуюся дверь и тут же поднялась с кровати. Бороться со сном не самое простое занятие.
Оказывается, что самое ужасное состояние, это когда ты не спишь уже три (или четыре?) дня. Ночью я сижу на кровати, или расхаживаю по квартире, стараясь отогнать сон, иногда бездумно сижу и переключаю каналы один за другим, но веки наливаются свинцом. С трудом удаётся продержаться до утра. Но, Боже мой, кто бы знал, как я хочу спать! Кажется, что ещё движение — и я потеряю сознание. Стас уже начал надоедать с причитаниями о том, как я плохо выгляжу. Но спать я всё равно боюсь.
Погрузившись в себя, совсем не заметила, как в комнату вошёл Стас; он сел рядом и крепко обнял за плечи:
— Тебе плохо?
