Странно, но сегодня было солнечно. Заснеженные крыши Петербурга сияли ослепительным блеском. Город давно проснулся. А кое-кто даже не ложился. Кое-кто в спальном районе, в одиноком особняке.
Корнелия кружилась по кабинету в танце. Нежные пальцы то и дело касались собственного лица, точь проверяя — действительно ли оно снова стало идеальным? Так и есть. Исчезли все шрамы, все рубцы, все ожоги. Она снова идеальна. Лишь единственный шрамик оставшийся ещё с детства, аккуратным росчерком красовался на её скуле, но только придавал ей изюминки.
Бледная кожа была безупречной. Даже лучше, чем прежде. Регенерация мастера третьей ступени не просто восстановила ткани, она улучшила их, сделала совершеннее. Корнелия подпорхнула к зеркалу и рассмеялась. Звонко, почти безумно.
— Ты слышишь меня, волчонок? — шепнула она, прижимаясь лбом к отражению. — Твоя невеста снова прекрасна. Скоро я покажу тебе своё новое личико. И ты не сможешь устоять.
Она резко отпрянула и подлетела к огромному столу, на котором была расстелена карта северных рубежей Империи.
— «Чёрный Лебедь», — она погладила точку на карте, и та вспыхнула сиреневым эфиром, оставив прожжённую дырку. — Гнездо смерти на краю мира. И мой прелестный мальчик попал прямо в его жадные объятия. НУ НЕ ЧУДЕСНО ЛИ⁈
Её смех снова заполнил кабинет. Корнелия запрокинула голову. Сколько в ней было безумной радости…
В дверь постучали, и в кабинет вошёл Сергей. Удивлён ли был? Нет. Множество раз видел подобные приступы эйфории своей госпожи. Но в последнее время её колбасит вообще не на шутку.
— А-а-а, Сергей! — Корнелия резко обернулась. — Ну наконец-то! Я так ждала! Ну⁈ Говори же! Что ты узнал о моём женишке⁈
Сергей не испугался её злобного взгляда. Слишком давно служил ей, чтобы бояться её причуд. Он склонил голову в почтительном поклоне:
— Госпожа, вся информация подтверждена. Академист Александр Волков правда был осуждён и отправлен в штрафной батальон «Чёрный Лебедь». Вот полное досье.
Он протянул ей папку, но Корнелия не взяла её. Вместо этого резко схватила Сергея за сюртук и заглянула ему в глаза.
— Называй его моим женихом, бестолочь, — и оттолкнула его. Затем взяла папку и пролистнула. — Александр. Волков. — она прижала её к груди, просмаковав его настоящие имя и фамилию. — Наконец-то, мой лже-Игнатушка. Моя прелесть. Мой сладкий-сладкий мальчик. — и вынула из папки его портрет. — Посмотри, Сергей, посмотри на эту красоту!
Это был искусно выполненный рисунок. Каждая черта лица, каждая деталь передана с поразительной точностью и одержимым вниманием к мельчайшим подробностям. Родинка под левым глазом, крохотный шрам на подбородке, едва заметная асимметрия бровей. Всё то, что обычный человек никогда бы не заметил, но Корнелия запечатлела.
— Я сама нарисовала, — провела она пальцем по портрету, будто ласкала настоящее лицо. — Каждую ночь, после того как он ушёл, я добавляла по детали. Закрывала глаза и видела его… здесь. — постучала пальцем по виску, а её глаза на мгновение закатились, показывая белки. Прикусила нижнюю губу. И медленно выдохнула, беря себя в руки. Сейчас не время ублажать себя.
— Считаешь, я сумасшедшая, Сергей? — стала она серьёзней.
— Никогда бы не посмел так думать, госпожа, — ровно ответил слуга.
— ВРЁШЬ! — закричала она, и эфирный всплеск сорвал со стен несколько картин. — ПО ГЛАЗАМ ВИЖУ! МОЖЕТ ВЫРЕЗАТЬ ИХ ТЕБЕ⁈
Тот оставался невозмутимым, но, сука, как хотелось уволиться! ВОТ ЧТО ЗНАЧИТ ВЫГОРЕТЬ НА РАБОТЕ! Но внезапно гнев Корнелии сменился тихим смехом.
— Впрочем, неважно! Ты же хочешь знать, как я нашла моего волчонка, верно? Ну скажи! Хочешь же, да⁈
Не дожидаясь его ответа, сама начала рассказывать, кружась по комнате и размахивая портретом:
— О, это было восхитительно просто! Мой лже-Игнатушка знал настоящего Игната Ковалёва, раз назвался его именем. Значит, они знакомы! Просто же, да⁈ А ещё он упомянул академию… И я подумала — а что, если показать его портрет в нужных местах?
Корнелия остановилась и рассмеялась.
— ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ⁈ Первые же опрошенные узнали его! И о-о-о, Сергей, если бы ты знал, КТО он такой! — её глаза сверкали восхищением и безумной гордостью. — Мой волчонок — не абы кто! Он — «Ненормальный Практик»! Победитель турнира между академиями! Самый талантливый! Самый выдающийся!
Она прижала портрет к груди и снова закружилась в вальсе, напевая мелодию, от которой у Серёги побежали мурашки по коже.
— Я выбрала лучшего из всех! Самого достойного стать моим мужем! Что такое, Сергеюшка? — она приблизилась к нему с угрожающими нотками в голосе. — Считаешь, он недостоин меня?
И КАК ОТВЕТИТЬ НА ТАКОЙ КАВЕРЗНЫЙ ВОПРОС⁈
— Думаю, вы удивительно подходите друг другу, госпожа.
— Конечно же! Ты такой умный! Он такой… Такой крутой! — её лицо вновь озарилось улыбкой. — Хотя некоторые… о, некоторые осмелились называть его неподобающими словами. Предатель Родины, говорили они. Преступник. Изменник.
