Страною правил во хмелюКороль Второй Луи,Как подобает королюВесь день пинал хуи.И сам увесистым хуёмСнабжён был наш корольИ вот однажды на приёмК нему явился тролль.И всё бы вроде ничего,Но при такой длинеСчитал Луи, что хуй егоДлиннее всех в стране.«Король, отдай принцессу мне!»Горбун ему сказал,Спустил штанишки, все в говне,И хуй свой показал.«И будет лад в дому твоём:Ни тифа, ни войны,А не отдашь, махну хуём —И нет твоей страны».Король вскочил: «Да ты в уме?!?!Эй, стражники, подъём!!Наглец, ты будешь гнить в тюрьмеИ там махать хуём!!!»Задвинул троллю по еблуИ в башню заточил…Кувшин поставили в углу,Чтоб нà пол не дрочил.А тролль, конечно, обманул:Не знал такого свет,Чтоб кто-то там хуём махнул —И государства нет!И суть предания не в том,Что гном в зятья не гож,(Принцесса та, с беззубым ртом,Пошла бы и за вошь).Для тролля зависть короляСыграла злую роль:Ведь хуй Луи, как хуй кроля,Когда с ним рядом тролль.Он и поныне на бедуСидит в тюрьме один…Я сам там в прошлом был годуЧтоб поменять кувшин.
Мистер рок-н-ролл
Знакомимся? Я — Мистер Рок-н-ролл,Я кожаный, небритый и непризнанный,Я влажных пёзд десятками поролИ вновь бросал, как бутерброд обгрызанный.Сегодня здесь, а завтра — хуй поймётКуда я затусуюсь после сэйшена,На стенке у меня гранатомёт(У быдла там — плакатов понавешано).Кумиры — нахуй, кроме бога Джа,И то, когда по-дружески поделитсяМне без него, как жопой на ежа,Он скоро у меня уже поселится…Я редкий, вымирающий подвид,Хотя когда-то было пол-планеты нас…Как мой знакомый байкер говорит:«Хуёвая тенденция наметилась».Могуч мой хроматический нарез,Вращаю мир гитарными мозолями,А кто меня пошлёт на до-диез,Обложен будет тут же си-бемолями.Стоѝт по вèтру рваная джинса,И жду я в спину выстрела контрольного,Но все не заглушить вам голосаБессмертного движенья рок-н-ролльного…
Напрасно
Ты так отчаянно скучала,Касаясь пальцами лица —Просило женское началоМужского твёрдого конца.Весь день трудилась, словно пчёлкаПод шум раскидистых ветвейПорхала шёлковая чёлкаПравей-левей… правей-левей…Рецепт из бабушкиной книжки —Хуйня, политая хуйнёйИ брея нежные подмышкиШептала: «Где ты, мой родной?»Начищен пол, протёрты рюмки,Кило помады на губу,И переполные сумкиС базара пёрла на горбу.И ожиданье до заката,По всем каналам — телешоу…Возможно, было б всё пиздато,Но я заснул и не пришёл.