— Я обо всем позаботился, — заверил Гонт. — Машина с ключами в замке зажигания будет дожидаться тебя у главного входа. Собственность фирмы, так сказать. Должен признаться, что это всего лишь незамысловатый «шевроле», но он обеспечит способность к передвижению. Тебе, конечно, больше пришелся бы по душе телевизионный микроавтобус, но…
— Микроавтобус? Телевизионный?
Мистер Гонт предпочел не отвечать на столь естественные вопросы.
— …но «шевроле» ответит всем твоим требованиям, могу заверить. Только постарайся не попадаться в радарные полицейские ловушки. С этой машиной такие шутки не пройдут.
Туз неожиданно для самого себя сказал:
— Как бы мне хотелось иметь такую машину, как ваша, мистер Гонт. Потрясающая вещь.
— Ну что же, может быть, мы и сможем договориться. Видишь ли, Туз, я провожу чрезвычайно простую коммерческую политику. Хочешь знать, какую именно?
— Конечно. — Туз был искренен.
— Все на продажу. Такова моя философия. Все на продажу.
— Все на продажу, — мечтательно повторил Туз. — Ух ты! Круто.
— Верно. Круто. А теперь, Туз, мне, пожалуй, надо перекусить. Несмотря на выходной день, я был слишком занят сегодня, чтобы вспомнить о таких прозаических вещах. Готов тебя пригласить разделить со мной трапезу, но…
— Что вы, что вы, мне и в самом деле некогда.
— Да, да, понимаю. Тебе надо ехать и копать. Тогда до завтра. Жду тебя между восемью и девятью часами вечера.
— Между восемью и девятью.
— Да. Как стемнеет.
— Когда никто не слышит и не видит, — словно во сне произнес Туз.
— Попал прямо в десятку. Спокойной ночи, Туз.
Мистер Гонт протянул руку. Туз хотел было пожать ее, но тут заметил, что в руке мистера Гонта уже что-то есть. Там была бурая крыса из мышеловки в подсобке. Туз с отвращением отшатнулся. Когда же мистер Гонт успел вынуть ее? Или, может быть, это другая?
Но в тот же момент он понял, что ему тридцать раз наплевать, так это или нет. Знал он только, что не желает здороваться с дохлой крысой, каким бы клевым малым ни был этот мистер Гонт.
Улыбнувшись, Гонт сказал:
— Прости, с каждым днем становлюсь все рассеянней. Кажется, собирался отдать тебе свой ужин.
— Ужин, — полуобморочным голосом повторил Туз.
— Ну да, ужин, — желтый длинный ноготь большого пальца мистера Гонта вонзился в белую пушистую шерстку на брюхе крысы и оттуда, прямо в гладкую, безо всяких линий, ладонь Гонта, выползли кровавые крысиные внутренности. Прежде чем Туз успел увидеть, что же будет дальше, Гонт уже отвернулся и закрывал дверь черного хода, бормоча себе под нос:
— Так, а куда же я подевал сыр?
Последовал тяжелый металлический лязг. Замок защелкнулся.
Туз согнулся пополам в спазмах рвоты, собираясь выплеснуть все, что успел сегодня съесть сам, на землю, но почти сразу отпустило.
Потому что он не видел того, что подумал, будто успел увидеть.
— Это была шутка, — пробормотал он. — У него в кармане была резиновая крыса или что-нибудь вроде этого. Он просто пошутил.
Неужели? А как быть с кишками? И с желеобразной жидкостью, в которой они плавали? Как быть с этим?
«Ты просто устал, — подумал Туз. — Ты все это себе вообразил. Резиновая игрушечная крыса, остальное — вздор».
Но тут все что он видел, все что пережил — безлюдный район и заброшенный гараж, самоуправляемый «такер», даже загадочная надпись правила ЙОГ-СОТОС, слились воедино и накинулись на него, а внутренний голос истерически завопил: «Проваливай отсюда! Проваливай, пока не поздно!».
Но мысль была сумасбродная. Где-то совсем близко, на расстоянии одной ночи, его ждали деньги. Много денег. Целое состояние, будь-оно-все-трижды- проклято!
Туз несколько минут стоял в темноте, как робот, у которого сели батарейки. Мало-помалу сознание возвращалось, а вместе с ним и ощущение реальности, и Туз решил, что на крысу не стоит обращать внимания. И на «такер-талисман» тоже. Имеют значение только три вещи: порошок, карта и коммерческая политика мистера Гонта. Все остальное надо просто-напросто отбросить. Не брать в голову, как говорится.
Он пошепт к углу магазина, завернул раз, другой и оказался перед главным входом. Магазин был закрыт и темен, как все остальные магазины в этой части Мейн Стрит. Как и обещал мистер Гонт, «шевроле-селебрити» стоял в одном из секторов стоянки у магазина. Туз попытался вспомнить видел ли он машину, когда приехал на «талисмане», но не мог. Каждый раз, когда он силился вернуться в памяти к тому, что произошло ранее чем несколько минут назад, память заходила в тупик. Вспоминалось только, как он протянул руку, чтобы ответить на предложенное рукопожатие Гонта — вполне естественный порыв, не так ли? — и заметил в его руке дохлую крысу. «Думаю, мне пора перекусить. Я бы и тебя пригласил, но…». Ну что ж, теперь во всяком случае появилось еще кое-что, имеющее значение. «Шевроле» дожидался его, чтобы отправиться по делам. Туз открыл дверцу, положил на сиденье бесценную книгу с картой, вынул из замка зажигания ключи и, подойдя к багажнику, открыл его.
