— Я знаю. И мне очень его жаль.
— У него из головы что-то поползло. Не кровь. Что-то желтое.
Алан не смог придумать, что на это сказать, как ни старался. Сердце стучало в груди тяжелым молотом, во рту было сухо как в пустыне, и кишки подводило от приступов тошноты. Имя его собственного сына било в голове колокольным похоронным звоном, как будто какой-то юродивый звонарь решил созвать народ глухой ночью.
— Зря он это сделал, — произнес Шон тоном взрослого человека, но в углу каждого глаза скопилось по крупной слезе и обе одновременно выкатились и поползли по щекам. — Теперь мы с ним не сможем посмотреть «Молодых Стрелков-2», когда их запишут на видеокассеты. Мне придется смотреть одному, а без Брайана будет скучно, потому что он всегда так смешно шутил, когда мы телек смотрели.
— Ты очень любил своего брата, правда, Шон? — Голос у Алана охрип, он протянул руку сквозь сетку кровати, и рука Шона крепко схватилась за нее и крепко сжала. Рука была горячая и маленькая. Очень маленькая.
— Брайан собирался стать питчером в команде Рыжих Лисиц, когда вырастет. Он говорил, что тренирует подачу, как у Майка Боддикера. А теперь он уже никогда не станет питчером. Он не разрешал мне подходить к нему ближе, чтобы не мешать, и еще он боялся меня тоже случайно застрелить. Это было не кино. Это все было в гараже. Я плакал. Мне было страшно.
— Я знаю, — сказал Алан. Он вспомнил машину Энни. Разбитые стекла. Огромные темные пятна крови на сидениях. Там тоже все было не как в кино. Алан заплакал. — Я все знаю, сынок.
— Он просил меня дать обещание, и я дал. И обязательно его исполню. Всю свою жизнь буду это обещание помнить.
— Что же ты обещал?
Алан вытер ладонью слезы с лица Шона, но они все текли и текли. Перед ним лежал мальчик с лицом белее наволочки на подушке, мальчик, который видел, как его брат совершил самоубийство, как его мозги разлетелись по стенам гаража, словно сопли, и где же при всем этом его мать? В гостях у Короля, сказал он. Она запирает дверь, надевает темные очки и отправляется в гости к Королю.
— Что же ты обещал, сынок?
— Я хотел поклясться маминым именем, но Брайан не позволил. Заставил поклясться своим собственным. Потому что он маму тоже использовал. Брайан сказал, что он забирает всех, на чьих именах клянутся. Поэтому я поклялся на своем, как он хотел, но Брайан все равно выстрелил. — Шон теперь уже откровенно всхлипывал, но смотрел сквозь слезы прямо Алану в глаза. — Это была не просто кровь, мистер шериф. Это было что-то желтое.
Алан покрепче сжал руку малыша.
— Я знаю, Шон. Но что все-таки твой брат заставил тебя пообещать?
— А Брайан не попадет в ад, если я скажу?
— Ни за что. Обещаю тебе. Я ведь шериф.
— А шерифы когда-нибудь нарушают обещания? — Никогда, если они дают их маленьким детям в больницах. — сказал Алан. — Шериф просто не может не сдержать такое обещание.
— А если не сдержит, попадет в ад?
— Да, — твердо сказал Алан. — Обязательно. Если не сдержит, то только туда ему и дорога.
— Вы клянетесь, что Брайан попадет в рай, если я расскажу? Вы поклянетесь своим собственным именем?
— Клянусь своим собственным именем! — торжественно объявил Алан.
— Ну ладно. — Шон явно немного успокоился. — Он заставил меня пообещать, что я никогда не пойду в новый магазин, где он купил свою бейсбольную карточку. Он думал, что видит на этой карточке Сэнди Куфэкса, а на самом деле там был совсем другой игрок. Карточка вообще была старая, грязная и рваная, но мне кажется, Брайан этого не видел. — Шон помолчал немного, подумал, затем продолжил своим тоненьким голоском. — Однажды он вернулся домой с грязными руками. Они были в земле. Руки он помыл, а потом я слышал, как он плакал у себя в комнате.
«Простыни, — подумал Алан. — Простыни Вильмы. Это сделал Брайан».
— Брайан сказал, что Нужные Вещи — место отравленное, что хозяин сам отравитель и чтобы я туда никогда не ходил.
— Брайан сказал именно так? Он назвал магазин Нужные Вещи?
— Да.
— Шон… — Алан замолчал, задумавшись. Ему казалось, что по всему телу бегают голубые электрические искры.
— Что?
— А твоя мама… она тоже купила свои темные очки в Нужных Вещах?
— Да.
— Она сама тебе об этом сказала?
— Нет, но я точно знаю. Как только она их надевает, сразу встречается с Королем.
— Каким Королем, Шон? Ты знаешь?
Шон посмотрел на Алана как на придурка.
— Как с каким? С Элвисом.
— Ах, ну да, конечно, — пробормотал Алан. — С Элвисом… и как там его дальше?
— Я хочу видеть папу. — Знаю, милый. Еще только несколько вопросов и я оставлю тебя в покое. Тогда ты снова заснешь, а когда проснешься, папа будет уже здесь. — Так он во всяком случае надеялся. — Шон, Брайан говорил, кого он называл отравителем?
— Говорил. Мистера Гонта. Хозяина магазина. Он и есть отравитель.
Тогда Алан подумал о Полли. Он вспомнил, как она сказала после похорон: «Мне кажется, я нашла хорошего доктора… Доктора Гонта. Лилэнда Гонта».
