— Нет, ты можешь делать все, что захочешь. Мне совсем не нужно, чтобы ты оставался. Не волнуйся, можешь расслабиться. Я не собираюсь превращаться в какую-то прилипалу пятой стадии3, потому что ты трахнул меня один раз, — шепчу я ему.
— Трижды. — Улыбается он. — Я трахнул тебя трижды.
— Ты идиот. — Смеюсь я.
— У меня отличные оценки. Интеллект не входит в число моих недостатков.
— Почему ты здесь? — Спрашиваю я, меняя тему. Эта комната недостаточно велика для эго этого мужчины.
— Я тренировался. Это спортзал моей семьи.
— О, точно. Ну, тебе не обязательно быть моим партнером. Можешь просто закончить то, чем занимался. Я могу позаниматься с кем угодно, — говорю я ему.
Его лицо омрачается, а челюсть сжимается. Его пальцы сжимают мой подбородок, и он приникает ртом к моему уху.
— Если ты позволишь кому-нибудь из этих гребаных идиотов прикоснуться к тебе, Пчелка, я оторву им руки. Это сделать гораздо проще, чем ты думаешь… если немного попрактиковаться.
Я ахаю от картины, которую он только что нарисовал в моей голове. Он шутит, да? Он определенно шутит. Но когда я отстраняюсь и смотрю ему в лицо, то не вижу в нем ни капли юмора, ни легкости, которая могла бы смягчить скрытую угрозу.
Я сглатываю. Неужели он действительно это сделает? Способен ли он на такую жестокость? И если да, то почему я все еще сжимаю бедра, чтобы хоть немного ослабить нарастающее возбуждение?
Я оглядываю комнату. Мне нужно выбраться отсюда. Мне нужно, чтобы он вытащил меня отсюда. Мне нужно, чтобы он…
— Мне нужно в душ, — говорю я ему вместо того, чтобы признаться, чего я на самом деле хочу. Хотя я почти уверена, что это очевидно. Взяв его за руку, я вытаскиваю его за собой из комнаты. Я продолжаю идти в женскую раздевалку и заталкиваю его в душевую кабинку.
Дом стоит там. Наблюдает за мной. Не произнося ни слова.
Я протягиваю руку и включаю воду у него за спиной. Вода холодная, но он даже не вздрагивает. Затем я стягиваю футболку через голову.
— Мне нужно, чтобы ты разделся. Сейчас же, Дом, — говорю я с внезапным приливом уверенности, расстегивая спортивный бюстгальтер.
Через несколько секунд Дом снимает обувь и носки, а его тренировочные шорты и боксеры валяются на полу. Я подпрыгиваю, обвивая руками его шею, а ногами талию. Он, не теряя ни секунды, подхватывает меня, а затем прижимает к холодному кафелю, когда наши губы соприкасаются.
— Мне нужно, чтобы ты трахнул меня, — шепчу я между поцелуями.
— С удовольствием, — говорит он. Я чувствую, как его член приближается к моему входу, и он колеблется, скрипя зубами и шипя: — Блять!
— Что случилось? — Спрашиваю я его.
— У меня нет презерватива.
— О. — По крайней мере, один из нас мыслит здраво. Честно говоря, я в шоке, что это он, а не я. Я опускаюсь на колени. Если сейчас он не может по-настоящему трахнуть меня, то я соглашусь на кое-что другое. Я обхватываю рукой основание его члена и целую кончик.
— Черт, Пчелка, блять… ты не… К черту это, отсоси у меня. — Он обхватывает мое лицо ладонями, приказывая.
Его бедра медленно двигаются туда-сюда, повторяя движения моего рта, скользящего по его стволу. Я втягиваю щеки и сосу сильнее, наслаждаясь солоноватым вкусом, обводя языком кончик. Моя рука двигается вдоль основания, потому что, как бы мне этого ни хотелось, я не могу взять его член целиком в рот.
— Блять, ты хороша. Почему, черт возьми, у тебя так хорошо получается? Блять, теперь мне придется купить еще свиней, — стонет он.
Я не уверена, о чем, черт возьми, он говорит, но я не в том положении, чтобы спрашивать. Поэтому вместо этого я обхватываю его яйца свободной рукой. И не успеваю я опомниться, как он выплескивает струйки спермы мне в горло. Я жадно глотаю. Стараясь получить как можно больше. Но все равно не получается, и часть выплескивается и стекает по моему подбородку.
— Вот же блять. — Дом поднимает меня на ноги. — Чертовски потрясающе, — говорит он и прижимается своими губами к моим, а его язык ныряет прямо в мой рот. Его пальцы скользят между моих ног, толкаясь в мой центр. Жестко. — Я хочу, чтобы ты трахнула себя моими пальцами. Заставь себя кончить. Покрой своими соками мою руку. Чтобы позже, когда мне придется уйти, я все еще чувствовал твой запах на своей коже. Чувствовал твой вкус на кончиках своих пальцев.
— Ты немного не в себе. Ты ведь знаешь это, верно? — Говорю я ему, хотя и не уверена зачем, ведь я уже двигаю бедрами. Прижимаюсь к его руке, когда оргазм нарастает во мне.
— Я не в себе, когда дело касается тебя, Пчелка, — говорит он, снова прижимаясь к моим губам. Я теряюсь в его поцелуе, в ощущении твердости его тела, прижатого к моему. Мои колени подкашиваются, когда я приближаюсь к знакомому краю. — Вот так. Дай это мне, — рычит Дом, прикусывая мою нижнюю губу зубами.
— Ах… — Боль пронизывает все мои нервные окончания, а затем сменяется приятным гулом. Мои ноги сжимаются вместе, и я сильно напрягаюсь, когда, наконец, падаю с обрыва в блаженство. Мои глаза закрываются, и я понимаю, что если бы не Дом, который держит меня сейчас, я бы рухнула на пол.
