В голове у Сабрины по-прежнему стучало, а виски ломило как в лихорадке. Почему она стала так быстро заводиться? Девочка чувствовала на себе любопытные взгляды одноклассников – все, кто не спал, таращились на нее. Сабрина опустила голову и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.
– А где ваша домашняя работа, миз Гримм? – поинтересовалась миссис Червонни, сходя с кафедры, и встала над Сабриной, держа в руках классный журнал. – Не сделали?
Попытка успокоиться бесславно провалилась. Вспыхнув, Сабрина в упор уставилась на королеву.
– Я понятия не имела, что нам вчера что-то задавали, – отрезала она. – Вам ли не знать!
– Какая жалость, – с гадкой улыбочкой пропела учительница. – Ставлю вам ноль. Ну а поскольку вы явно не намерены утруждать себя приготовлением домашних заданий, придется мне помочь вам изыскать время. Останетесь после уроков.
– Это как? – спросил Пак.
– Это значит, что меня оставят сидеть в классе час после уроков, – шепотом пояснила Сабрина.
– Целый час! – расхохотался мальчишка. – Что, правда заставят? Какое коварство, какая жестокость! Я тут сижу всего пять минут, а уже весь исстрадался!
– И мистер Добромал тоже останется, – сказала миссис Червонни.
– Ваше величество! – воззвал Пак, вскочил с места, обхватил королеву руками и завыл: – Молю вас о милосердии!
Червонная Королева терпеливо дождалась, покуда Паку надоест кривляться, а школьникам – хохотать. Высвободившись, она развернулась и ушла к своему столу.
– Ну а теперь поговорим о причастиях, – начала она, поворачиваясь к доске. Тут у нее на спине обнаружился листок с надписью: «Я целуюсь с козлами». Бодрствующие школьники расхохотались так громко, что чуть не попадали со стульев.
Учительница резко обернулась и сверкнула густо подведенными глазами, взгляд которых не сулил ничего хорошего. Когда она снова повернулась к доске, школьники опять захохотали.
– Кому-то тоже захотелось остаться после уроков? – выкрикнула миссис Червонни. – Продолжайте в том же духе, и вы своего добьетесь!
Сабрина покосилась на Венделла. Мальчик был занят чем-то странным: он развернул перед собой карту города и делал на ней пометки чернильной ручкой. Он не замечал ничего вокруг – Сабрине вспомнилось, что он не поднял головы, даже когда вошел его отец. Ботинки Венделла были покрыты белой пылью, совершенно такой же, какая обнаружилась вчера в коридоре после гибели мистера Ворчела. И тут Сабрина подумала, что следы в пыли вполне могли принадлежать этому мальчишке.
К тому времени, как зазвенел звонок, одноклассники смотрели только на Пака.
– Супер! – донеслось из толпы, покидавшей класс. Пак впитывал похвалы как губка и благосклонно кивал направо и налево. Уж он-то никогда не сомневался в своей гениальности. Впрочем, Сабрине не было дела до его поклонников. Она не сводила глаз с Венделла. Оставляя за собой облачко пыли, мальчик выскочил в коридор. Сабрина последовала за ним.
– Эй, вонючка, ты куда? – окликнул ее Пак, на миг оторвавшись от своих поклонников. – Тебе же велено от меня не отходить.
Не удостоив его ответом, Сабрина нырнула в толпу и обогнула стойку со шкафчиками, стараясь не выпускать из виду Венделла. Тот сбежал по лестнице и шмыгнул в какую-то дверь, захлопнув ее за собой прямо перед носом у Сабрины. Надпись на двери гласила: «Котельная».
– Ты куда? – вмешался Пак, перехватил руку Сабрины и оттащил девочку от двери.
– Венделлу что-то известно о смерти Ворчела, – бросила Сабрина и снова рванулась к двери. – Я за ним прослежу. Пусти!
– Без меня ты никуда не пойдешь.
– Ты все равно уже здесь. Идем вместе.
– Э-э, нет, у меня жесткий график, ни минуты свободной. Надо успеть забить стоки в туалетах, устроить потоп… Беспорядок сам собой не возникает, знаешь ли. Для этого нужно хорошенько потрудиться.
– Пак, это же котельная. Там наверняка грязно и полно всякой дряни, – нашлась Сабрина. Что, если сыграть на главной слабости этого мальчишки – на его ненависти к чистоте? – И пол небось черный от сажи, покатаешься по нему немного – свитеру конец…
У Пака загорелись глаза. Мальчишка энергично кивнул. А все-таки и его можно обвести вокруг пальца! Сабрина вновь взялась за ручку, но не успела ее повернуть, поскольку перед ней возник крепкий мужчина с проседью в волосах.
– Куда это вы собрались? – спросил мужчина. Он был высок и силен, руки толщиной соперничали с бревнами, а грудная клетка шириной не уступала автомобилю на семь персон. Нашивка на голубом форменном комбинезоне сообщала, что его зовут Чарли, а запах свидетельствовал о том, что комбинезону давно пора познакомиться со стиральной машиной. Судя по закинутой на плечо швабре, Чарли был школьным уборщиком, и котельная входила в число его владений.
– Я ищу свой класс, – соврала Сабрина.
– Это в котельной-то? – расхохотался Чарли, обдав ее запахом солонины и табака. – Да там только метлы да ершики для туалета, а больше ничего и нет.
– Ершики для туалета! – восторженно подхватил Пак. – Какая гадость! Можно мне штучку?
Чарли непонимающе уставился на детей.
