– Это разговор не для дамских ушей. Чем меньше вы будете знать, тем лучше, – произнес Венделл, и в голосе его прорезался странный акцент, как у актера из старых черно-белых фильмов, которые любила смотреть по выходным мама Сабрины. Так говорили их герои, крутые детективы.
– Дамских? – воскликнули Сабрина с Дафной.
– Это ради вашего же блага, цыпочки, – сообщил Венделл, извлек из кармана джинсов губную гармошку и поднес ее к губам. Протяжная высокая нота – и лес взорвался топотом и писком. Шум нарастал, топот становился все громче. В какой-то момент Сабрина готова была поверить, что из кустов вот-вот выскочит какое-нибудь страшное чудище или живой великан, однако шум внезапно стих, и из-за деревьев выскочил пушистый бурый кролик – самый хорошенький кролик из всех, каких они когда-либо видали. Кролик прыгнул к девочкам, сел на задние лапки и поднял на сестер большие влажные глаза. Розовый носик мелко подрагивал.
– Ой, какой миленький! – воскликнула Дафна и потянулась погладить зверька. – Какой пушистенький!
Завидев занесенную над ним руку, кролик злобно лязгнул зубами и страшно зашипел.
– Фу, какой злой! – обиделась Дафна, отдернув руку.
– Надо же, какая полезная гармошка! – расхохотался Пак. – Подудишь – придет кролик и разорвет нас в клочья, да?
Венделл ничего не ответил. В этом просто не было нужды. Он стоял молча, а на поляну один за другим выскакивали кролики, сотни кроликов. Места им не хватало, поэтому кролики затеяли потасовку, но вскоре утихомирились и уставились на Венделла, как солдаты на главнокомандующего.
– Ой, я забыла вам сказать, – зачастила Сабрина. – Венделл – сын вековечника. Его отец – Крысолов из Гамельна, тот самый, который играл на волшебной дудочке и уводил за собой крыс. Наверное, у них это наследственное.
Пак рассмеялся:
– Слушай, Венделл, если ты думаешь, что эти твои садовые воришки смогут нас остановить, ты очень ошибаешься. Отзови их, или я сдеру с них шкуру и сошью себе самую теплую на свете шубу!
Венделл снова поднял губную гармошку. Воздух прорезала новая нота. Кролики как по команде развернулись и уставились на детей. Во влажных карих глазах полыхала алая ярость, лапы подрагивали от напряжения, острые зубы были обнажены.
– Взять их! – крикнул Венделл, и пушистые зомби обрушились на детей.
– И ЭТО ВСЕ, НА ЧТО ТЫ СПОСОБЕН? – выкрикнул Пак, крутанулся на пятке и превратился в исполинского медведя в два человеческих роста. От его рева Сабрину пробрала дрожь, однако кролики не испугались. Они волной хлынули на медведя, повалили исполина наземь и покрыли его шевелящимся ковром.
– Пак! – закричали девочки. А вдруг он погиб? На мгновение им показалось, что самые мрачные их предчувствия оправдались, однако в следующий миг мальчишка вынырнул из кроличьей груды и взмыл в небо, хлопая гигантскими крыльями. Он нырнул к земле, схватил девочек за руки и отчаянно рванулся вверх, стремясь вырваться из лесу.
– В следующий раз напомните мне поменьше болтать! – закричал Пак.
– Можно подумать, ты послушаешься! – фыркнула Сабрина.
– Мне теперь будут сниться кошмары, – всхлипнула Дафна. – Никогда больше даже не взгляну на кролика!
Пак несся по лесу, с трудом уворачиваясь от возникавших на пути могучих кедров и елей. Он пригибался, нырял между веток, с натугой хлопал крыльями, стараясь удержаться в воздухе, подальше от заросшей колючим кустарником лесной почвы. В отчаянной попытке избежать столкновения со старым кленом он нырнул вниз и оказался у самой земли. Из кустарника тотчас же выпрыгнул кролик и вцепился зубами в штанину Сабрины. Девочка стряхнула кролика, и он упал обратно в пушистое море.
– Лети к реке! – закричала Сабрина. – В воду они не полезут!
Пак бросил на нее сердитый взгляд.
– Я знаю, что я делаю, – рявкнул он.
– Если б знал, за нами не гнались бы сейчас сто тысяч зомби-кроликов! – крикнула в ответ Сабрина.
– Ребята, – позвала Дафна.
– Откуда мне было знать, что этот парень псих? – возмутился Пак.
– Ну не знаю, – отбрила Сабрина, – нормальные от скелетов не бегают!
– Ребята! – закричала Дафна уже в полный голос.
– Чего тебе? – повернулись к ней Пак и Сабрина.
– ОСТОРОЖНО!
Сабрина повернула голову и увидела несущийся на них забор высотой с двухэтажный дом. Пак резко вильнул, чудом избежав столкновения, и вновь пустился в пререкания.
– Что я здесь вообще делаю? – вскричал он. – Я же плохой!
– Зубы надо чистить чаще! – отрезала Сабрина. – Только и слышно: «Я негодяй, я негодяй»! Где ты видел негодяев по локоть в кукурузе?
– Показать тебе, какой я негодяй? – заорал Пак. – Ну, держитесь!
Он влетел на чей-то задний двор. По двору прогуливался джентльмен почтенных лет. Пак с девочками пролетели прямо у него над головой. Джентльмен закричал:
– Агнес! Эти кролики опять изрыли нам весь двор! Ну, попадись они мне только, пожалеют, что на свет родились!
Хохоча во все горло, Пак полетел над двором, а следом за Паком неслись кролики. Джентльмен увидел их слишком поздно. Кролики нахлынули и сбили его с ног. Среди бурых шкурок мелькнуло лицо с разинутым от удивления ртом.
– Так нельзя! – крикнула Дафна Паку.
