Сборник можно условно разделить на две части: в первую вошли все рассказы цикла «Власть стихий», цикл объединяют произведения, написанные в жанре городское темное фэнтези, где необыкновенные события происходят прямо сейчас, рядом с нами, и, кто знает, может быть, кто-то из читателей является участником одной из историй! Все рассказы – это отдельные произведения, отдельные эпизоды, хотя все вместе они помогут лучше понять мотивы поступков и характеры персонажей романов цикла.Во вторую часть вошли мистические рассказы, которые я условно объединила под общим названием «Городской ангел».Авторская обложка для книги художника Юлии Ждановой.
– Нет, так не пойдет! Все-таки именно я отвечаю здесь за подачу музыкального материала! И вообще, господин Эберт, шли бы вы к черту! Мне это все уже надоело! Здесь у вас вообще творятся какие-то странные вещи! Я увольняюсь!
Ингвард оторвался от банки с английским элем и, прекратив бессмысленное созерцание огней светомузыки на сцене, обернулся к микшерскому пульту.
Около пульта стояли звукорежиссер и директор театра Эберт. Звукорежиссер, молодой парень, кричал и размахивал руками. Эберт слушал спокойно, но в уголках рта уже змеилась его обычная усмешка, в глазах появился блеск предвкушения.
– Ну, вы что не понимаете? Я увольняюсь!
– Бедняга! – впрочем, это была обычная история и Инги (он любил, когда его так называли, вместо громоздкого Ингвард) ничего не мог изменить.
– Что здесь происходит?
В проходе между рядами стояла сама госпожа Клио. Она, как обычно, поражала великолепием своего холодного стиля и при своем среднем росте, казалось, смотрела своими ледяными глазами на любого, самого высокого мужчину сверху вниз. За спиной хозяйки виднелся огромный силуэт Темного Генриха.
– Да вот, господин Каминский решил нас покинуть.
– Ну, надеюсь, вы, господин Эберт, решите эту проблему. Во всяком случае, прошу всех ко мне в кабинет, там вы, господин Каминский, все изложите на бумаге, а потом мы все вместе посмотрим, что можно сделать. – госпожа Клио двинулась по проходу, Эберт, еще раз усмехнувшись и кивнув Ингварду, направился за ней. Видно было, что звукорежиссер заколебался, однако, взглянув на ожидавшего его Темного Генриха, двинулся следом.
"Бедняга", – еще раз подумал Инги. – "Скоро могут позвать и меня, так что надо скорее прикончить пиво". Официально Инги занимал в театре должности пресс-секретаря и переводчика, однако обязанности, связанные с этими должностями, он выполнял редко, пожалуй, всего пару раз за пять лет работы. Но другой работы у него было много, даже слишком. Инги встал, смял пивную банку и пошел по проходу. "Чем быстрее я все сделаю, тем лучше, потом останется достаточно времени до спектакля, чтобы надраться и проспаться".
Телефон пропел битловскую мелодию "All you need is love". Нажав на кнопку, он услышал знакомый голос секретаря хозяйки, Вернера Гайселя.
– Господин Ингвард, госпожа Клио просит вас пройти в ее кабинет. Все вас ждут.
Ну да. Конечно. Ждут. Особенно Каминский.
В приемной Вернер, не отрываясь от телефона, встретил его своей дежурной улыбкой.
– Да, да понимаете, очень срочно. Наш старый звукорежиссер внезапно уволился, репертуар театра не должен страдать, вы же сами любите у нас бывать. Найдите кого-нибудь уже сегодня? Когда? Договорились.
Вернер, хитро улыбнувшись, сделал жест в сторону двери.
– Вас ждут, маэстро.
"Конечно, сам же ни хрена не можешь, бракодел". – неудачная деятельность Вернера в свое время и привела к появлению Инги в театре.
Постучав, он вошел в комнату. Трансформация уже завершилась. Хотя бы это уже было хорошо. Госпожа Клио сидела за своим замечательным столом с вырезанными на нем драконами и грифонами. Эберт, с еще поднятыми и вытянутыми вперед руками, стоял около стола и улыбался. Темный Генрих, как всегда, подпирал косяк двери. А посреди комнаты стояла обнаженная девушка. У ее ног лежал пепел и остатки обгоревшей одежды. На звук открывшейся двери девушка повернулась, и Инги увидел в ее глазах непереносимый ужас.
"Скотина, Эберт. Не может без своих огненных эффектов".
В принципе, девушка была довольно симпатичной, можно было даже сказать, красивой, и Инги не совсем понимал, зачем его позвали. Все сомнения развеяла хозяйка.
– Дорогой Ингвард. Вы даже не поверите, как нам всем сегодня повезло. Только вчера к нам поступил замечательный заказ. Вот, посмотрите, – и госпожа Клио повернула к нему экран монитора. – Я так понимаю, что полного сходства добиваться не нужно. Ведь, для вас это совсем не проблема?
Инги вгляделся в лицо на экране. Да. Для него это не проблема. Он встал и подошел к девушке. При его приближении ее стала бить мелкая дрожь. Все-таки жаль губить такую натуральную красоту. Но ведь он не может отказаться?
– Не бойся, больно не будет.
Он положил руки на плечи девушке, закрыл глаза и представил себе лицо с экрана. Как всегда, через несколько секунд легкие мурашки побежали по рукам. Вот-вот, ну все. Он открыл глаза. Да все было как всегда, все получилось. Вот они: эти глаза, брови, волосы.
– Браво, Инги.
Мадам Клио любила театральные эффекты, недаром она была хозяйкой театра, и вслед за ней в ладоши начали хлопать все находящиеся в комнате. Кроме бывшего Каминского, естественно.
– Дорогой Инги, не смею вас больше задерживать. – хозяйка театра встала из-за стола. – И передайте Вернеру заявление звукорежиссера.
– А теперь ты, милая. – госпожа Клио прикоснулась к голове девушки. Глаза той мгновенно остекленели. – Тебя зовут Лиза. Правда?
Девушка пустым голосом повторила:
– Лиза.
– Ну, вот и замечательно. Это все, что тебе нужно знать.
Инги закрыл дверь и передал документ Вернеру.