Неофициальная философия (СИ) полностью

Я расскажу вам сказку про неофициальную философию новейшего времени. Предтечами этой философии были Шопенгауэр и Ницше, а столпами – Гурджиев (в изложении Успенского), Ауробиндо, Кришнамурти и Ошо. Вроде бы, список имён небольшой, но расхлебывать кашу, которую заварили эти ребята, думаю, доведется не только нам, но и седьмому колену наших потомков-андрогинов. Да и потом, возможно ли, чтобы за такой короткий промежуток времени в историю влезло столько народу? Скорее наоборот – я погорячился и пару-тройку человек стоит выкинуть из списка, но мы же не в лотерее, поэтому впадать в истерику нет никаких причин.

Одного абзаца для предисловия хватит за глаза, я так считаю, поэтому давайте уже начнем определяться с терминами. Что такое неофициальная философия ? Понятно, что это не та философия, которую преподают в университетах, или, точнее, не та философия, которую принято именовать таковой. В настоящее время под философией подразумевают незатейливое словоблудие какого-нибудь Жака Дерриды или пафосные застольные речи Мераба Мамардашвили, но это все равно, что считать музыкой шлягеры Киркорова или Валерии. Мы-то с вами знаем, что настоящая музыка – это «Гражданская оборона», «Аукцыон», «Рада и Терновник», «Центр» или группа «Девять», в конце концов. Т.е. реальная философия – это всегда андеграунд, темный и глубокий, словно анус афро-американца. Соответственно и заинтересованы в ней преимущественно сектанты и маргиналы. Я знаю только один-единственный случай, когда «философ в законе» признал и высоко оценил заслуги Гурджиева, это сделал Александр Пятигорский, странный человек, знаменитый соратник и соавтор Мамардашвили. Но тут есть одно но. Пятигорский – буддолог, а значит, в соавторы к Мамардашвили попал лишь по воле случая, т.е. они просто были кореша по жизни. И если бы он не приложил свои извилины к созданию совершенно нечитабельной белиберды про «символ и сознание», то так бы на всю жизнь и остался в вышеупомянутом глубоком андеграунде. Но судьба распорядилась иначе – и человек живет за границей, пишет занимательную и вполне внятную беллетристику, и даже удачно снимается у Иоселиани в «Садах осени».

Широко распространено ошибочное мнение о том, что философ – это мудрый человек или, дословно, любитель мудрости. Но мы уже не одну тысячу лет в курсе, что «говорящий не знает, а знающий не говорит», поэтому очевидно, что вся история философии есть история абстрактного краснобайства и что выдающийся философ не тот, кто самый мудрый, а тот, кто круче остальных овладел письменной (!) речью. Люди ведь читают только те книжки, которые им приятно читать, а вовсе не те, в которых содержится необходимая им на данном отрезке жизни информация. Поэтому все это долгое время на мониторе истории висела одна и та же поросшая мхом и паутиной картинка: ребята, которые реально рубили фишку, оставались в тени (например, Пифагор или Сократ, о которых до сих пор толком ничего не известно), а вся слава и посмертная прописка в библиотеках доставалась стрёмным графоманам типа Платона или Сенеки. Но сейчас этому безобразию пришел справедливый конец – у нас есть магнитофоны и видеокамеры, и как только на горизонте появляется чувак, который не заикается и не шепелявит, и при этом ещё учит всех жизни, тут же со всех концов света сбегается братва, все дружно скидываются по рублю на магнитофон, а потом ещё месяца полтора расшифровывают тексты, в результате чего на скорую руку сколоченное издательство с мудрёным названием на санскрите выпускает через год тоненький сборник лекций в мягкой обложке поносного цвета, который никто читать не будет никогда и ни за какие деньги. Однако из общего правила бывают и весьма примечательные исключения. На этих редких исключениях и строится новейшая история неофициальной философии.