В раннем неолите в Восточной Прибалтике и на западе Белоруссии фиксируются две археологические культуры — нарвская и неманская[8], отражающие некие культурные общности. В развитом неолите на территории Эстонии и основной части Латвии в связи с притоком иноплеменного населения возникает культура типичной гребенчато-ямочной керамики (прибалтийская)[9]. В то же время в Литве и Белоруссии продолжают развиваться нарвская и неманская культуры, последняя в конце неолита сменяется культурой шнуровой керамики. Наряду с этим в Литве, Калининградской области, Северной и Восточной Белоруссии встречаются отдельные памятники или отдельные находки, свидетельствующие о проникновении сюда небольших групп носителей типичной гребенчато-ямочной культуры, очевидно, оказавшихся затем в изоляции. Вместе с тем в Латвии, в частности в Лубанской низине, и в северо-восточной Литве в развитом неолите продолжают господствовать традиции нарвской культуры, в силу чего здесь возникает гибридная культура — памятники «типа пиестиня», которая развивается затем в позднем неолите в культуру типа «Абора». Исходя из отчетливого преобладания нарвских традиций в новой культуре, мы считаем возможным именовать ее «постнарвской»[10].

Нарвская культура.

Впервые нарвская керамика как особый тип была выделена при исследовании группы стоянок левого берега р. Нарвы (Эстония), названных Нарва I, II и III (Гурина, 1955)[11]. Позднее при исследовании стоянки Акали и Нарвы (город), давшей вертикальную стратиграфию, Л.Ю. Янитс отнес этот тип керамики к раннему неолиту (Янитс, 1959; 1966). Впоследствии были открыты новые памятники с такой керамикой в Эстонии — Кяэпа (Jaanits L., 1965), в Латвии — Оса (Загорскиc, 1967), в Литве — Швянтойи (Римантене, 1973; Rimantiene, 1979) и выделена ранненеолитическая нарвская культура (Гурина, 1967, 1973а).

Нарвская культура занимала юго-западную часть Ленинградской области, Эстонию, Латвию, северную и восточную Литву, север Белоруссии, верховья Западной Двины в пределах Псковской области (карта 7). Некоторые исследователи выделяют в западной Латвии особую сарнатскую культуру (Ванкина, 1970; Ванкина, Загорскиc, Лозе, 1973), тогда как другие (Гурина, 1967; Jaanits L., 1968; Rimantiene, 1979) относят их к особому западному варианту нарвской культуры.

Карта 7. Неолитические культуры IV тыс. до н. э. в лесной зоне и на севере. (Составлена С.В. Ошибкиной).

1 — Кольская (по Н.Н. Гуриной); 2 — сперрингс (по К. Мейнандеру и Г.А. Панкрушеву); 3 — карельская; 4 — каргопольская; 5 — нарвская (по Л.Ю. Янитсу и И.А. Лозе); 6 — неманская (Rimantiene, 1987); 7 — памятники типа Цедмар (Timofeev, 1990); 8 — стоянки Сааремаа (по Л.Ю. Янитсу); 9 — валдайская; 10 — руднянская; 11 — льяловская (по В.В. Сидорову); 12 — балахнинская; 13 — рязанская; 14 — деснинская; 15 — верхнеднепровская; 16 — среднедонская; 17 — рязанско-долговская; 18 — памятники лесостепной Украины; 19 — волго-камская; 20 — камская; 21 — агидельская (по Г.Н. Матюшину); 22 — стоянки Черноборского типа; 23 — печеро-двинская (по И.В. Верещагиной); 24 — днепро-донецкая; 25 — лисогубовская; 26 — днепро-эльбская (Rimantiene, 1987); 27 — ареал общности культур с ямочно-гребенчатой керамикой.

Не вполне решен вопрос с памятниками верховья Западной Двины и Северной Белоруссии. Исследованные здесь поселения — У святы IV (слой Б), Наумово и Сертея выделяются в усвятскую культуру (Микляев, 1971а; Долуханов, Микляев, 1979), в то время, как другие исследователи (Гурина, 1967; Jaanits L., 1968; Чернявский, 1971; Rimantiene, 1979) считают их одним из вариантов нарвской культуры. Однако, как бы не решался вопрос в деталях, бесспорной остается близость в раннем неолите населения этого региона в этнокультурном отношении. На территории Литвы и северной Белоруссии нарвская культура соприкасалась с неманской и сосуществовала с ней.

Перейти на страницу:

Поиск

Все книги серии Археология СССР

Похожие книги