Неолит Северной Евразии полностью

Большинство пластин небольших размеров. Они чаще использовались без дополнительной подправки, но немало пластин с односторонней или противолежащей ретушью по краям, с притупленным краем, с боковой выемкой, есть острия на пластинах и отщепах. На микропластинах изготовлены вкладыши подтреугольных и трапециевидных очертаний. Резцы и скребки встречаются на пластинах и отщепах. Среди скребков большую серию составляют миниатюрные изделия.

Кроме отмеченных выше каменных изделий на поселении обнаружены кремневые наконечники стрел, зернотерки и терочники. Среди костяных изделий интересны обломок основы жатвенного ножа с пазом для пластинчатых вкладышей и свирель (?) из трубчатой кости овцы.

В верхнем слое Чоха найдено довольно много обломков плоскодонной посуды, в двух случаях удалось восстановить их форму. Это — чашка и сосуд в виде котла. Декоративным украшением посуды служили налепные шашечки, они сохранились на одном фрагменте.

На Чохском поселении обнаружены остатки жилища округлой формы с входом в виде коридора шириной 1 м. Площадь помещения около 60 км. м. Стены сложены из крупных обломков известняка, плотно пригнанных без связующего раствора. В некоторых местах кладка стен сохранилась на высоту до 1 м. В центральной части жилища расположен очаг, углубленный ниже уровня пола.

Не менее важными были находки в верхнем слое Чохского поселения нескольких десятков обуглившихся зерен окультуренных злаков, принадлежащих нескольким видам пшеницы и ячменя. Результаты бинокулярных исследований чохских пластин, показавших использование этих пластин в качестве вкладышей жатвенных ножей и серпов, а также наличие зернотерок и костей домашних животных позволяют говорить о становлении производящего хозяйства в горном Дагестане.

Сравнение данных споро-пыльцевых проб из верхнего слоя Чоха со шкалой спектра растительного покрова Западного Прикаспия дало соответствие фазе новокаспийской трансгрессии. Возраст последней определен радиоуглеродными датировками в 6 тыс. лет до н. э.

Наконец, последняя группа материалов неолитического облика с территории северо-восточного Кавказа соседствует и связана со степными районами Северо-Западного Прикаспия. Коллекции из-под Божигана и Ачикулака в Ставропольском крае, Терекли-мектеба и Махмут-мектеба в Дагестане содержат микролитические орудия тех же типов, что знакомы нам по неолитическим стоянкам прикаспийских районов Дагестана (Минаева, 1955; Грехова, 1960). Ближе всего они к сборам из Нижнего Поволжья, охарактеризованным выше, и хотя имеют сходство с материалами из Буйнакска и Кобысгана, тяготеют скорее не к кавказскому, а к степному культурному миру. На связи с горными районами указывает довольно большое количество изделий из обсидиана.

Материалы неолитического облика из других районов Кавказа немногочисленны. К тому же принадлежность их к неолиту остается не доказанной. Исключение составляют находки в районе известных Кобыстанских наскальных изображений. К сожалению, в печати эти материалы отражения почти не нашли.

Памятники эти расположены в 60 км к югу от Баку, в 10–15 км от берега Каспийского моря, у подошвы и на террасах южных склонов трех соседних гор. По склонам нагромождены скальные обломки, на которых и выгравированы изображения. Под глыбами скал имеется много естественных ниш-пещерок с остатками древних стоянок. Раскопкам подвергались четыре стоянки на горе Беюк-даш и одна — у подошвы горы Кичик-даш.

Во всех исследованных убежищах прослежено одинаковое чередование культурных напластований. Над слоями мезолита с большим числом микролитических изделий без заметных перерывов идут наслоения с теми же микролитами, но уже с примесью галечных подшлифованных орудий и очень редкими фрагментами керамики.