Они солдаты. Дети жестокой беспощадной реальности. В их жизнях лишь одна стабильность — температура. Как на поле боя, так и в сердцах. Отвага, решительность и дикость — верные товарищи. Он, как опытный хищник, всё это время неторопливо и осторожно шёл к своей цели, пока наконец не получил желанный презент. Она пришла сама в то утро. Дерзкая, загадочная и до неприличия открытая. Его милая, желанная Флейм.
========== Neon 1 ==========
Датчики упорно молчали, досыпая где-то в самых закромах системы. А вместе с ними весь седьмой корпус Depot-X погрузился в затяжное ожидание. На экранах системы ничего не менялось с того самого момента, когда основной отряд Стилблэйз отправился в очередной рейд в открытые земли. Их не было уже больше двух суток. Если всё пошло по плану, вернуться они должны были с минуты на минуту. За последние годы Стилблэйз почти не терпел поражений, каждый рейд проходил чётко по расписанию, и возвращались они, как правило, без потерь.
Но в этот раз у всего оставшегося в корпусе состава — по большей части техников и механиков — возникла всеобщая тревога. Все молчали, прожигали взглядами мониторы и блоки датчиков. И у каждого в мыслях мощной светодиодной лампочкой мигало: «Опаздывают на два часа. Что-то случилось». Фостер напряжённо цокнул в очередной раз и отвёл пристальный взгляд от экрана с данными видеокамер. Там снаружи ливень стоял стеной. Видимость была почти нулевой, и даже их мощные камеры не видели дальше десяти метров — а потом лишь неподступная стена тумана. Самая опасная и самая беспощадная погода, какую можно только представить в этих пустынных местах. Она и стала предвестницей плохих новостей.
— Фостер, датчик!— вдруг позвал чей-то голос за спиной, когда один из датчиков с громким протяжным звуком вывел сообщение о движении на расстоянии пятисот метров от ворот корпуса.
Фостер резко поставил на стол кружку с какой-то холодной смесью и отправил запрос. Если это Стилблэйз — они ответят по каналу связи. А если нет, то погода их очень кстати предупреждала. Давать бой незваным гостям они не были готовы — слишком мало солдат осталось в корпусе. Но к счастью, ответ пришёл через пару секунд. Отряд возвращался домой.
Как только из динамиков раздался знакомый всем в этой комнате женский голос, солдаты одновременно выдохнули с облегчением. «Фостер, ты сегодня добренький? Мы устали и проголодались. Пустишь на огонёк?»— шутки командира Стилблэйза заранее давали подсказку, что потерь нет. Вторая хорошая новость в этот дождливый день. Солдаты заулыбались и принялись с добродушием похлопывать друг друга по плечам. Насколько бы опасной не была их работа, насколько бы часто они не теряли товарищей, каждая смерть переживалась составом тяжело.
— Конечно, Флэйм! Мы ждём вас с распростёртыми объятиями!— на той же ноте отозвался Фостер, запуская автоматику ворот.
— У нас чисто. Хвоста нет,— именно этих слов не хватало, чтобы он наконец нажал кнопку «Открыть».
Все, кто были с ним в пункте управления, ринулись к наружному отсеку встречать товарищей. И даже в пункте чуткий слух Фостера различил протяжный гул автоматики. Сделав ещё один глоток шипучей жидкости из кружки, солдат всмотрелся в изображения, передаваемые камерами. Теперь в густой пелене сизого тумана наконец появились знакомые очертания двух вездеходов и догфейсов — тяжеловесных роботов с крупнокалиберными автоматами. «Действительно, как уходили, так и вернулись»— пронеслось в голове Фостера.
В наружном отсеке он оказался как раз в тот момент, когда ворота под настойчивое пиканье датчика разгерметизировались. Мощные металлические плиты медленно поползли в разные стороны, запуская в отсек завихрения холодного воздуха и седого тумана. Первая машина с рёвом и грохотом въехала внутрь, быстро и чётко заняв положенное место. Следом за ней вторая. Догфейсы с присущим звуком электропривода бодро вошли внутрь, и как только последний из них переступил бортик, кто-то дёрнул рычаг. Ворота с тем же гулом двинулись в обратную сторону.
В какой-то момент бескрайнее царство пустыни, утонувшей в объятиях ливня, осталось за массивным стальными плитами. Яркий белёсый свет ламп больно ударял в глаза, и, щурясь от непривычки, солдаты с прежней поспешностью начали сновать от машины к машине, разгружая контейнеры со снаряжением. Механики взялись за догфейсов — после каждого рейда минимум один из них требовал капитального ремонта. Испещрённые дырами от пуль и снарядов корпуса умоляли о заплатах, а подбитые приборы жалобно пускали в воздух искры, чтобы привлечь к себе внимание.
Бродя довольным взглядом по этой знакомой суетливой картине, Фостер неспеша подошёл к одной из машин. За годы службы он усвоил одно — подобная суматоха всегда становилась отрадой для сердца.
— Было жарко. На обратном пути ещё и засаду устроили,— женский голос за спиной будто прокомментировал его мысли.
Он обернулся, окинув лучистым взглядом показавшуюся в глубине кабины Флейм. Её янтарные глаза задумчиво мерцали в темноте вместе с искрящимися жилками на броне. Она отрешённо смотрела на снующих солдат, и по всему было видно, что мыслями летала где-то совсем в другом месте.
— Давно такого не было,— с глубоким вздохом ответил Фостер.
— Да. Не нравится мне это,— спрыгнув с кабины, она приблизилась к товарищу,— В других корпусах много потерь.
