Иногда одежду рвали на мелкие лоскуты, а потом конопатили ими избу. Считалось, что одежда казненного отпугивает от дома нечистую силу. Но чтобы примерять заляпанный кровью китель убитого, это было что-то из ряда вон. Вероятно эти трое зэков были из числа отморозков, которым плевать даже на священные воровские традиции. Они желали максимально поглумиться над мёртвым кумом, для этого один из них напялил на себя китель, который был ему сильно велик, нахлобучил на голову фуражку и стал изображать из себя покойного начальника, подражая басу Сокольничего:
- Ну что, засранцы, в карцер захотели, суки!
Те их дружки, что стояли за спиной у Стаса и его дочери, одобрительно усмехнулись, однако ж, решили показать кто тут главнее:
- Ша, Бес! - Крыса с принебрежением шикнул на облачившегося в полковничью форму урку мелкой масти. - Не с твоим чувырлом братским такой макинтош носить. Брось этот дешёвый зехер! Лучше дай вон ему напоследок покрасоваться. - Крыса кивнул на Легата. Стасу тут же накинули на плечи мундир с мертвеца.
- Ну как, мусор, в масть тебе лепушок с большими звёздами, почуял себя крутым?
- Можете глумиться надо мной сколько вам влезет, - каждое произнесёное капитаном слово было отлито и откалибровано, и урки это почувствовали, потому что притихли и слушали серьёзно то, что он им говорил, - но предепреждаю, если не отпустите дочь, то одного из вас я напоследок успею зыгрызть, прежде чем мне разожмут челюсть и засунут головой в топку.
- А хочешь, мы тебя вместо Башки-опера новым начальником тюрьмы поставим? – неожиданно предложил Легату Крыса. Он даже спрятал нож, который держал возле горла Оксаны. И обернулся к своим дружкам: – А что, братва, окажем доверие менту? Он хоть и сука легавая, но по своим понятиям живёт.
Непонятно было это всерьёз или урки просто забавлялись, но Легату тут же было поставлено условие:
- Мы тебя помилуем и даже поставим вместо этой суки Жгутова , если пообещаешь обычаи наши воровские уважать.
- Ну как? – вальяжно осклабился Крыса, уверенный, что мент начнёт ему ботинки лизать от счастья. От Стаса требовалось принести что-то вроде присяги на верность воровскому клану, и ещё в доказательство своей лояльности помочь сунуть в печь труп гражданина начальника.
- Можно, - согласился Стас. – Только у меня свои обычаи – обычаи войны... А по ним мародёров и крыс, питающихся мертвечиной, полагается стрелять на месте. Устраивает? Тогда коронуйте меня в атаманы.
- В топку его! Сжечь суку! Сжечь!!! – в припадке ярости заорал Крыса. - Гореть мне самому в адском пламени, если я тебя живьём не спалю!
На Стаса набросились сразу трое, ему заломили за спину руки, стянули запястья кожаным ремнём и поволокли головой вперёд по направлению к топке. Стоявший у печи мужик стал открывать заслонку, внезапно все услышали как внутри что-то захрустело. Звук был необычный. Можно было подумать, что покойник ожил и ворочается. Все удивились. Впрочем, один из воров вспомнил, что слышал, будто бы у некоторых мертвецов при сжигании в крематории от высоких температур сокращаются мышцы и они начинают шевелиться и даже могут принять сидячее положение.
И тут вдруг в металлическую заслонки печи громко стукнуло изнутри. Всех прошиб пот. Двое бросились вон из котельной. Лишь кипящей ненавистью Крыса схватил у одного из сжигальщиков металлическую кочергу, подбежал к смотровой дырке, заглянул.
- От этой падлы почти ничего не осталось! – с презрением к малодушным дружкам сообщил он. – Череп почти разошёлся по швам, мозг горит голубым пламенем. Один костяк остался! Скоро и он развалится.
Но в этот момент ударило с такой силой, что Крыса отлетел на метр. Но поднявшись, он зло крикнул, сверкнув на Стаса ненавидящими глазами.
- Всё равно я тебя, падла зажарю! Эй вы, - обратился он к присутствующим зэкам, - засунем его к тому ублюдку, пусть на парочку кувыркаются.
- Мы не станем открывать! – чуть ли не в один голос ответили урки. – И тебе не советуем этого делать, Крыса!
- Очко заиграло! Тьфу! – презрительно харкнул в них Крыса. И сам бросился открывать заслонку. Но едва он это сделал, как из пламени высунулись две чёрные костлявые руки в оплётках оплавленных мышц, сохранивших, как это не было поразительно, отменную работоспособность. Клешни недогоревшего мертвеца с силой втянули здоровенного конопатого вора в печь. На полу остался только слетевший с крысы кросовок, почему-то вместе с носком. Все онемели на несколько секунд. Первым очнулся огромный урка по кличке Лом, он подскочил и быстро захлопнул заслоку. Изнутри тут же забарабанил и истошно завопил Крыса. Он барабанил минуты три, то затихая, то усиливаясь.
Глава 98
- Что здесь происходит? Кто позволил?! – прозвучал вдруг возмущённый голос. Внезапное появление оперуполномоченного младшего лейтенента Афанасия Жгутова застало урок врасплох. За всеми событиями с Крысой урки как-то забыли про то, что не успели сжечь важного покойника, который всё ещё лежал голый на бетонном полу. Первым очухался Лом.
- Выполняем ваше распорежение! – в оправдание бодро пояснил он.
