- Вот если мы не остановимся, - проговорила я, аккуратно 'пристраивая' фургон возле обочины, - мы рискуем стать персонажами аналогично сюжета.
Логинова, в ответ, лишь нервно и судорожно вздохнула.
- Ты помнишь, что у тебя нет прав? - спросила она, зачем-то держась за ручку двери.
- Помню, - с обманчивым спокойствием процедила я, наблюдая за полицейской машиной в боковом зеркале.
В отражении зеркальной поверхности, влажной от капелек талого снега, открылась водительская дверца Лады и вышел полицейский в зимней униформе.
Уверенной и грозной походкой, придерживая форменную шапку, он направился к нам.
У меня были буквально секунды, чтобы понять, как действовать дальше.
Чувство паники сотрясало сознание и безжалостно комкало нервы. Под учащенные толчки сердца в груди, я пыталась сообразить, что делать.
Шаги подходящего к моему окну полицейского отмеряли последние секунды на размышление.
Лерка что-то торопливо и выразительно шептала себе под нос: то ли молитву, то ли ругательства.
Округлое и немного дряблое лицо полицейского появилось перед окном. Я встретилась взглядом с глубоко посаженными серыми глазами и опустила стекло.
- Добрый день... - миленьким голоском ответила я.
- Лейтенант Митрофанов. Ваши документы?
Я выдавила виноватую улыбку, в сочетании с жалостливым и немного кокетливым взглядом:
- Простите, пожалуйста, я забыла права дома... Просто нужно было очень срочно ехать, мы страшно опаздываем...
- Ничего, успеете, - буркнул офицер. - Из машины выйдите.
- К-конечно, - чуть заикаясь, угодливо проговорила я.
Из-за нарастающего чувства паники мои легкие, казалось, стремительно сжимаются, лишая меня возможности вдохнуть кислород.
Я вздохнула, бросила настороженный взгляд на Леру. Взгляд Логиновой говорил за неё: 'Валим! У нас получится!..'.
Я едва заметно качнула головой и собралась уже открыть дверцу машины, как знакомая белая вспышка, сверкнув перед глазами, погрузила меня в новое видение.
А точнее - это было воспоминание стоящего снаружи, около дверцы полицейского.
Я сразу узнала его, хоть в этом воспоминании ему было лет четырнадцать-пятнадцать.
Пухлый, крупный, уже с заметным животом. Он стоял в полосатой футболке, с мороженным в руке и смотрел на террариум с какими-то крысами.
В отличии от одноклассников, которые считали поход в местный провинциальный зоопарк хорошей альтернативой урокам, будущий офицер полиции выглядел бледным и испуганным.
Он с неподдельным ужасом во взгляде, опасливо взирал на мечущихся за стеклом агути и бурмизов.
Его одноклассники шутили над грызунами, перешептывались и хихикали. Некоторые фотографировали животных на телефоны, а сам будущий лейтенант Митрофанов, дрожа всем телом, нервно и поспешно поедал рожок с фруктовым мороженным...
Воспоминание растворилось, осев тающей пылью на морозном мартовском воздухе.
- Эй! Девушка-блондинка! Вы уснули или что? - стоящий передо мной лейтенант с раздражением щелкал пальцами у меня перед глазами.
Я, вздрогнув, уставилась на него, глупо моргая глазами.
- Да... извините, - пробормотала я.
Почти мгновенно мне пришла в голову идея, как использовать промелькнувшее перед глазами видение из прошлого этого полицейского.
Этот страж порядка, с детства, страдает сильнейшей мусофобией - то бишь боязнью мышей. Хм... не обнаружив у меня прав, он, как пить дать, захочет взглянуть на содержимое фургона.
Захочет? Надо сделать так, чтобы он не захотел и подходить к нему.
Я обернулась назад и со знающим видом достала из бардачка стопку листов, которые обнаружила случайно, ещё когда мне показывали автомобиль. Я не знала, что это за листы, да это было и не важно.
Стараясь выглядеть уверенной, я открыла дверцу до конца и выбралась из машины.
- Что везете? - грубо и властно поинтересовался полицейский.
Удивительно, как меняет людей наличие униформы и хоть малая доля власти: от пугливого рыжего толстячка человек проходит путь до властолюбивого полицейского.
Под обличием которого - я знаю это наверняка - так и остался тот самый пугливый пухлый мальчик, до смерти боящийся крыс и мышей.
- Животные, - вздохнула и я поправила волосы.
- Какие ещё животные? - хмуро спросил полицейский, подходя к задним дверцам фургона.
- Грызуны, - я с невинным видом пожала плечами. - Белки, мыши, тушканчики и...
Я нарочно выдержала паузу для пущего эффекта и договорила:
- И крысы.
Полицейский, который и так побледнел от упоминания 'мышей', сейчас и вовсе отступил на шаг от фургона. С дрожащими губами он, округлившимися глазами, затаив дыхание, таращился на закрытые двери фургона.
Можно подумать, что в его понимании, на него оттуда вот-вот выпрыгнет страшнейшее вселенское зло.
- Вот накладные, - продолжала я 'добивать' полицейского. - Вы ознакомьтесь с содержанием, количеством и породами, а я пока открою двери, чтобы вы могли сверить животных с докумен...
- Не надо! - в голосе полицейского послышался панический визг.
Он тут же порывисто оглянулся на напарника в машине, явно надеясь, что тот не услышал, как визгливо скрежетнул его голос.
