Даниил противно засмеялся. А Мечников не нашел, что сказать. Он быстро обернулся на Славу, но молчание Маслова подтверждало, что он согласен с мышлением Меллина. Эти двое, а может и братья Ожеровские тоже, явно желают получить свою, выгодную для них мотивацию. И Прохор понял, что сейчас, здесь, он должен им это предоставить - более весомый и значительный повод быть с ним заодно, поддерживать его, оставаться здесь и слушаться его, как лидера.
- Чёрт с вами, - махнул он рукой, - но поделим все поровну.
- Я знал, что ты достаточно умен, чтобы не ограничиваться лишь бессмысленным требованием отыскать убийцу своей девчонки, - по голосу Меллина слышно было, что он довольно улыбается, - Нам нужен код от сейфа, а эта седовласая падаль не желает нам его называть.
- Вы не понимаете...- сдавленно рыдая, произнес Вацлав и умоляюще взглянул на Прохора. - В этом сейфе... В нём бумаги, которые... никто не должен видеть.
- Какие-то твои коррупционные схемки, гнида воровская?! - с презрением спросил Прохор.
Но Токмаков тяжело покачал головой и страдальчески всхлипнул.
Из рассеченной брови и разбитой скулы на волосатую грудь и живот прокурора стекали несколько кровавых струй. Кровь из резанных ран на ногах и руках в изобилии капала на светлый ламинат. Темно-алые капли разбивались о пол и застывали рваными кляксами.
- Там... там документы, которые я... - он закашлялся, сплюнул кровью.
Прохор с отвращением смотрел на темные кровавые струйки, которые проворно опутывая тело прокурора, быстро скользили вниз.
- Что в сейфе, Токмаков? - Прохор забрал у Дани нож и приблизился к прокурору.
Тот нервно тяжело сглотнул и замер от ужаса, глядя в непроницаемую чёрную маску, на лице Прохора.
- Там... там...
- Что там за документы, мразь?! - рявкнул на него Мечников.
Вацлав пугливо вздрогнул. - Отвечай!
- Я не могу... - всхлипнул он. - Не могу вам сказать! Они... вы не понимаете! Они убьют меня и...
- Дядя, ты бы лучше подумал о том, что мы можем с тобой сделать, - оглянувшись на Маслова и Мечникова, насмешливо произнес Меллин.
Токмаков взглянул на него с мрачным презрением и прошипел:
- Если вы откроете сейф они убьют меня и вас всех! Вы не представляете каким людям я... оказывал услуги. Если они узнают, что вы лазали в сейф и рылись в этих бумагах...
Токмаков вдруг расплылся в безумной, кровавой улыбке.
- Никто даже не узнает о том, что с вами случилось! - Вацлав сипло засмеялся и тут же, болезненно закашлявшись, снова смачно сплюнул кровь себе на живот.
- Так, понятно, - на Меллина пугающая речь прокурора впечатления не произвела. - Будем говорить по-другому.
Он вышел из кабинета.
- Эй! - обернулся Мечников. - Ты куда?! 'Алекс-3'?
- За весомыми аргументами для господина прокурора, - отозвался из-за двери Меллин.
Прохор в недоумении взглянул на Маслова, но тот лишь растерянно пожал плечами. Прохор встревоженно вздохнул, он боялся того, что может предпринять Меллин.
И судя по раздавшимся снизу истошным крикам и детскому плачу, его боязнь была полностью оправдана.
Прохор не знал, что там внизу делает Даня, но он понимал, что должен спуститься вниз и помешать ему. Всё что происходит, всё вот это... это сосем не то, что он себе представлял. В его планы входило наказать Токмакова, но... он Мечников предполагал хорошенько отлупить зарвавшегося и обнаглевшего прокурора Дорогомиловского района. Но он не собирался пытать его или членов его семьи! Это... Это другое! Это что-то, находящееся за той гранью, которую он, Мечников, переступать не собирался.
И да, сейчас он понимал, что если понадобиться, он не сможет привести в действие свои угрозы относительно заложников. Наверное, не сможет. Он не знал наверняка... Прохор чувствовал, что совершенно запутался в своих намерениях и желаниях, а ещё он осознал, что здесь, сейчас, в этом доме, могут произойти события гораздо страшнее чем те, к которым он готовился. Они с друзьями могут совершить такое, что лично Прохор не сможет пережить. Нечто такое, с чем он не сможет смириться и после чего вряд ли сможет спокойно спать по ночам.
Он не знал, что ему делать и это серьёзно его пугало, доводя до панической истерии.
- Не надо! Пожалуйста! Оставьте его! - горестно рыдая прокричала женщина.
Прохор вздрогнул, когда услышал голос Ирины Токмаковой.
- Не трогайте его! Боже! Пожалуйста! Умоляю! Не надо! Не надо!
- Заткнись, тварь! - рявкнул Меллин.
Прохор услышал глухой удар, женский крик и хриплый надрывный кашель.
- Мама! - взвизгнул мальчишеский голос. - Мама! Мамочка! Не трогай её!.. Ай! А-ай!!!
- Ты что, мелкий, нюх потерял?! - Прохор похолодел, услышав зловещее рычание Меллина. - Тебе напомнить, кто здесь хозяин, гадёныш?!
- Пожалуйста, оставьте его! - вновь взмолилась Ирина Токмакова. - Возьмите лучше меня...
- Возьму, обязательно, и спрашивать, поверь, не буду, - с похабной веселостью, ответил Меллин. - А сейчас ползи назад, пока я тебе ещё раз не врезал. Пошли, мелкий. Побеседуем с твоим папашей.
