Ну,дерьмо вонючее,попадешься под горячую руку - вырежу "круглые", подумал Пудель. Не то,чтобы был охранителем высокой нравственности - просто берег доверительные отношения с таежниками,не хотел терять удобную перевалочную базу.
- Зря грешишь,Сема, - обнял он охотника за узкие плечи. - Ни я,ни мои парни не причастны,ищи охальника в соседнем поселке или в районном центре.
- Найду, - хмуро пообещал Семен. - Не покроет Дарьин позор - в землю вобью по плечи!
И вобьет же,не пожалеет!
Застолье прошло на славу. Подвыпмв,бабы затянули песняки,пустились в пляс. Трясли мощными грудями четыре дочки юбиляра,даже брюхатая Дарья не удержалась и так отплясывала,что жалобно гудели толстенные половицы да позвякивала на столах посуда. А уж о хозяйке и говорить не стоит. Будто сбросила с покатых плеч десяток годков,вспомнила девичьи времена и показала дочкам,как отплясывали в дни её молодости.
- Глядите,Геннадий Петрович, - возбужденно шептал на ухо генераду Пудель,не сводя горящих глаз с матери и её дочек. - Сейчас груди оторвутся и примутся отплясывать отдельно... А задки-то,какие задки...
Иванчишину было не до восторгов захмелевшего босса. Он все ещё не мог отрешиться от боязни возможной расправы. Не пора ли потихоньку выбраться из избы юбиляра,оседлать первую попавшуюся лошадь и удариться в бега?
Будь Геннадий Петрович помоложе - так и поступил бы. Мужики вот-вот завалятся под столы,Пудель держится из последних сил,бабы - не преграда. Но где взять силы для того,чтобы пуститься в путь неведомо куда? В какой стороне - город с милицией и прокуратурой?
Генерал сидел за столом и терзался сомнениями.
Наконец,решился. Поднялся потихоньку,протиснулся между подглядывающими малолетками. Вышел во двор. Где-то поблизости привязаны кони... Сам оседлать не сможет, но вдруг повезет - оставили хотя бы одну оседланную.
Лучше замерзнуть в тайге,лучше пусть волки загрызут, чем жить в ожидании бадитской расправы.
Не получилось. Едва сделал несколько осторожных шагов к коновязи - из темноты навстречу шагнул боевик с автоматом. Один из двоих,сопровождающих Пуделя.
- Куда собрался,батя? Ежели - в нужник,то направо за углом... А лучше встань около забора - все дела...
Пришлось последовать доброму совету - опорожниться у забора. Вернулся к крылечку и остановился.
- Не хочется - в духоту? - посочувствовал боевик, намолчавшийся в одиночестве. - Я вот тоже люблю раздолье. Тайга дышит,звезды перемигиваются - балдеж да и только. Под крышей только с бабой хорошо, - размечтался он.
- Вот мне и захотелось зарыться в сено,которое - на санях, - подхватил "идею" Иванчишин. - Малость похрапеть под звездами...
- Не велено, - насторожился охранник,даже автомат передвинул поудобней. - Хозяин заругает... Постоять на крыльце - пожалста,а к розвальням - ни ногой!
На крыльцо вывалился пьяный Пудель. Его подпирала, обхватив обоими руками за талию,худющая баба с оплывшими вниз морщинистыми щеками. Такая же пьяная,как и её кавалер.
- Пойдем,милок,бай-баиньки, - уговаривала она Васина. - Сичас постелю исделаю,раздену...
- Пойдем, - икая, миролюбиво соглашался Пудель. - Пощупаю твои мощи, лярва,может на них ещё есть мясо, - увидел Иванчишина и остановился, покачиваясь. - А-а,генерал? Почему трезвый и не с бабой? Аграфена подыщет тебе молодку поспелей. Опрокинь стакашек и помни ей фуфеля. Поутру расскажешь,как у тебя это получилось... Найдешь генералу лярву или мне самому искать? - обратился он к Аграфене.
- Чего ж не найти? Марфута страдает без мужика - не откажется... Вот обихожу сичас тебя,добегу до её избы...
- Может,искать не нужно? Ты - баба ядренная,двоих обслужишь,не закачаешься...
Пьяно захохотал и подталкиваемый спутницей ушел в соседнюю избу...
Трусливая дрожь перестала сотрясать тело генерала. Даже выслушивая мерзкие речи Пуделя, он оставался холодным и насмешливым.
Возвращаться к столу не хотелось, лучше прогуляться, подышать чистым морозным воздухом.
Прогулка по обширному двору заняла полчаса, ещё минут пятнадцать генерал задумчиво постоял возле крыльца. Потом, осторожно ступая по скрипучему снегу,он подошел к тому месту, куда скрылся боевик. Парень сидел на бревне,утопив голову в меховой воротник куртки,обняв и прижав к груди автомат...
Спит! Первая удача, За которой обязательно должна последовать цепочка других.
Дай-то Бог!
Иванчишин постоял,привыкая к темноте. Потом пытливо огляделся.
А вот и второе везение!
Пегих лошадок не выпрягли,только повесили на морды мешки с ячменем. Они стояли,переминаясь с ноги на ногу, удовлетворенно хрумкали вкусные зерна, вздыхали.
Генерал обошел спящего охранника,взял под уздцы одну из лошадей,вывел розвальни на дорогу...
Всю ночь он торопился,то и дело подстегивая пегих, оглядываясь назад. Погони не было,все было превосходно. Постепенно успокоился. Опрокинутая над головой продырявленнная небесная чаша, холодный,процеженный сквозь кедровую зелень,воздух,умиротворяющее поскрипывание снега под полозьями саней...
