Оказавшись один на один с пустой поисковой строкой, я и вовсе теряюсь в своих мыслях. В этот момент экран телефона снова загорается, а я закатываю глаза: иногда моя мама бывает слишком надоедливой. Но взглянув на мобильный, я увидела имя подруги. Неужели Бриджит оторвалась от своего ненаглядного парня и решила уделить немного времени мне?
— Фиби, куда ты пропала? — Спрашивает Бри без особого интереса. Хоть бы сделала вид, что переживает. — Мне звонила твоя мама, она не модно связаться с тобой.
— Я никуда не делась, сижу дома, — бесстрастно отвечаю я. — Но будь добра, не говори ничего моей матери, если она позвонит снова.
— Тебе не кажется, что ты ведешь себя немного грубо? — И с чего это у подруги проснулась совесть?
Я на мгновение задумалась.
— Нет, не кажется, — выстреливаю наконец. — Она наверняка звонит, чтобы отчитать меня за школьный прогул и снова поставить в пример Терезу. Я больше не намерена это слушать.
— Поступай, как знаешь, Грей. Хотя я тебя, конечно, понимаю.
— Спасибо, подружка!
— Звони, если что-то будет нужно. До скорого!
Она нажимает на сброс первой.
***
Штат Вирджиния
5 июня. Воскресенье
Лучи яркого летнего солнца проникают в большие окна актового зала, неприятно слепя глаза. Вокруг так много народу, все нервно ерзают, щурятся, пытаясь укрыться от природного света, но это мало у кого выходит.
День выпускного. Теперь, когда пришел конец нудным школьным урокам, нескончаемому домашнему заданию, завершились последние экзамены, все могут вздохнуть спокойно, мысленно готовя себя к предстоящей студенческой суете. Несколько минут назад нас пригласили в зал под торжественную музыку, и сейчас мы благоразумно слушаем речь директора школы. Хотя, слушаю ли я? Конечно, нет. Мои мысли заняты одним и тем же уже второй день.
Во время экзаменов было не так сложно перестать думать о сказках об оборотнях, изучение которых я так и не решилась закончить. Но почему я оставила это так резко? Сама не понимаю. Какая-то часть меня хочет вернуться к старым книгам, благополучно убранным на чердаке, где я их и нашла, но меня что-то останавливает. Что именно, я никак не могу понять.
Того парня с байками я больше видела. Кажется, Джереми. При неких загадочный обстоятельствах он куда-то пропал, и даже Хоррхе не смог связаться с ним. Мы несколько раз хотели вновь попробовать прокатиться на байках, но Джереми и след простыл. Его дом пустовал, на гараж был повешен большой амбарный замок, а машины не было на ее привычном месте.
Отношения с матерью так и не улучшились. Я посчитала нужным еще больше оградить себя от семьи во время экзаменов, потому что нервотрепки мне и так хватало. Не известно, были бы результаты такими же блестящими, ругайся я каждый день с мамой. Не думаю.
Мистер Гризвольд завершает свою речь и начинает торжественно награждение. Когда наступает моя очередь, я, так же, как и остальные, спокойно поднимаюсь на сцену, жму руку директору и забираю аттестат, на который так усердно трудилась все школьные годы. На мгновение взглянув на то место, где сидят мои родители, я замечаю слезы счастья на лице матери. Однако лучше особо не надеяться на эту радость, потому что вполне вероятно, что она плачет из-за Терезы. Еще бы! Ее любимая падчерица окончила школу, какое уж дело до родной дочери.
После торжественной части следует поздравительная речь от одной из учениц. Ее хотели предложить мне, но я никогда не любила выступать на публике. Меня пугает такое большое количество народа, которое будет внимать каждому моему слову.
Вручение аттестатов наконец завершается. Директор говорит свое завершающее слово и напоминает о вечеринке, которая состоится вечером. И я, и Бриджит уже в предвкушении предстоящей тусовки. Подруга до последнего держала завесу своего выпускного образа, и наконец я увижу этот шедевр.
— Фиби, доченька, поздравляю! — Мама подлавливает меня у выхода из актового зала и тут же заключает в крепкие объятия. Я опешила от неожиданности, однако преободряюще обняла родительницу в ответ. Из ее глаз так и брызжут слезы.
— Спасибо, мам!
Я бросаю незначительный взгляд в сторону мистера Берна и Терезы. На лице сестрицы читается явное недовольство, а вот Люк ведет себя более менее прилично, хотя я понимаю, на сколько неприятна ему.
— Поздравляю, Фиби! — Не сказать, что мамин муж прям очень сильно рад за меня, но проявление вежливость — это тоже неплохо. Держу пари, эти двоя так и жаждут оторвать от меня мать и увести ее куда-нибудь подальше.
— Благодарю, мистер Берн! — Сдержанно отвечаю я, отпуская заплаканную маму. Мои следующие слова были обращены именно к ней: — Мне нужно идти готовиться к вечеру, поэтому вынуждена вас оставить.
По лицу мамы проносится тень непонимания, она тут же прекращает плакать. Краем глаза замечаю ехидную усмешку Терезы. Похоже, она знает, что меня сейчас ждет. И это что-то будет слишком нехорошее.
Комментарий к Глава 5
