Если вы никогда не пробовали настоящих спелых, сочных фруктов с дерева, то вы не пробовали их в принципе! То, что продают в столичных супермаркетах, а также в супермаркетах остальных городов России - это такое издевательство, что при виде этих зеленых суррогатов хочется спросить: 'И это вы называете ананасом? Персиком? Киви?' Название фрукта особого значения не имеет, потому что практически все они доезжают до нас зелеными и дозревают непосредственно на нашей, неблагоприятной для такого рода занятий, родине. Исключением являются разве что яблоки, которые (слава богу) могут расти и зреть в полной мере даже в Сибири. Русскому человеку трудно представить, что ананас растет не на дереве, а на земле, фактически из куста большой, жесткой, раскидывающейся в разные стороны травы. И когда они по-настоящему спелые, то вовсе не имеют жестких колючих отростков на своей поверхности, которые имеют все ананасы у нас в магазинах. А кокос! То, что продают у нас - это просто смешно. Вспомните, как вы первый раз в жизни попробовали кокос. Наверняка, сразу после перестройки всей семьей рубили его топором или дырявили отверткой с молотком? А помните те сладкие двенадцать капель кокосового молока, которые обнаружили внутри? А потом было радостное семейное объедание ореха. Вспомнили? Спелый кокос можно без труда разломать руками, а кокосовым молоком легко можно напиться, причем его вкус гораздо насыщенней вкуса молока наших, непонятно откуда привезенных кокосов. А персики? Казалось бы, что может быть проще? В каждом магазине лежат персики, покупай и ешь! Ан нет! Даже этот фрукт доз-ревает у нас, измученный дорогой Краснодар - Москва, Москва - остальные города России. Настоящий вкус этого фрукта чувствуешь, когда срываешь спелый, сочный плод с дерева, надкусываешь его мягкую, влажную плоть и понимаешь, что этот райский фрукт рос только для тебя одного. По подбородку начинает стекать слад-кий, липкий сок, но тебя это не волнует, потому что вкус персика влечет тебя и хочется его есть и есть, есть и есть. Ты жадно кусаешь его и наслаждаешься упоительной влагой и райским ароматом. Ты доедаешь персик, жадно смотришь на обглоданную косточку и думаешь о нем - о спелом, сладком, сочном, красивом персике, который был так хорош, как только может быть хорош фрукт. Потом вспоминаешь вкус столичных персиков, с отвращением плюешь на землю тягучей слюной, понимаешь, что в городе мы едим совершенно другие фрукты, и срываешь еще один спелый плод. Чем хо-роши путешествия, так это тем, что мы можем увидеть и попробовать все так, как это и должно быть. Сколько бы человек ни пыжился, ни старался сохранить вкус фруктов, перевозимых на далекие расстояния, но все-таки фрукт с дерева - это совсем другое. Макс очень любил свежие фрукты.
Солнце только-только выглянуло из-за горизон-та, а Макс уже успел сходить в лавку у своего дома за свежими фруктами - персики, сливы, груши и бананы. Конечно, они были не самыми лучшими в мире, но хозяин точки - крепкий таджик Дамир, мог дать сто очков вперед аналогичным товарам в обычных су-пермаркетах.
- Сколько уже? - сквозь дремоту спросила Таня.
- Спи, спи, еще рано, - шепотом сказал Макс.
Таня перевернулась на другой бок и снова заснула. Максу не спалось. Прошло уже пять дней с тех пор, как Эсэль не отвечала ему, он не мог найти ее в полуторном пространстве и не знал, что с ней. Самое ужасное было то, что Макс чувствовал свою вину перед ангелом, и это было вполне обоснованно.
'Эсэль!' - по привычке позвал он.
Молчание.
Макс погладил лежащую на кровати Таню по голове. Они по-прежнему спали в разных комнатах, но он все чаще оставался у нее. Они много разговаривали, узнавали друг друга, и Макс совсем не стремился торопить события, учитывая, что эти отношения изначально ограничены по времени наличием у них памяти, и его, в целом, устраивало то, как у них все складывалось.
